История 28.09.18 11:12

Чебриков: «С 1961 по 1967 было 10 случаев выхода людей на улицу и применялось против них оружие...»

«3-я группа заслуживает того, чтобы за ней внимательно следить. В ней всего 600 человек. Идеи «инструктируются» из-за рубежа». Стенограмма заседания Политбюро, записанная Анатолием Черняевым 28 сентября 1987 год

Чебриков: «С 1961 по 1967 было 10 случаев выхода людей на улицу и применялось против них оружие...»

Из дневников Анатолия Черняева - заместителя заведующего Международного отдела ЦК КПСС (1970-1986 гг.), помощника Генерального секретаря ЦК КПСС и помощника президента СССР Михаила Горбачёва (1986-1991 гг.). См. предисловие здесь

28 сентября 1987 года.  Горбачёв: По возвращении из отпуска. Политбюро работало и в моё отсутствие. И это хорошо. Позавчера в аэропорту мы говорили о том, что, может быть, по истечении трёхмесячного срока, 90 дней после июньского Пленума - критически поговорить о ходе перестройки, о том, что радует, что беспокоит? Какое время наступает и в политике, и в практических делах? Как идёт реализация принятых нами тогда решений? Давайте поразмышляем, подумаем вместе.

Я хотел бы сделать небольшое введение к нашему разговору, очертить круг проблем. Прежде всего, думаю, стоит определить нынешний этап и подумать о долговременных путях, об исторических рамках на 8-10 лет вперёд, – на какое качественное состояние советского общества мы рассчитываем. Осмыслить логику борьбы, в том числе особенности её на нынешнем этапе.

Складывается впечатление, что мы вступаем в критический этап перестройки. Я связываю это с практической реализацией линии январского и июньского пленумов, о сочетании решений обоих пленумов. Надо посмотреть, что в этих решениях глубоко затронуло все общество. Оценить реакцию людей на то, как проводятся эти решения. Это и даёт нам выход на большую политику, т.е. на политику в решающей сфере жизни нашего общества, которую определяют две вещи: демократизация и экономическая реформа.

Напряжение в обществе нарастает. Не скажу, что всё оно имеет негативное значение. Нарастает оно в политической жизни, в сознании. Причём не только у кадров и интеллигенции, а в обществе в целом. Ситуация в обществе характеризуется большой открытостью и более дифференцированной позицией по отношению к перестройке. Более открыто проявляют себя консервативные силы. И вместе с тем нарастает беспокойство народа за судьбу перестройки. Мы это должны чувствовать, на это сориентировать всю нашу политику и практику.

Я не раз говорил о противоречивом характере перестройки. Этот вывод находит подтверждение. Противоречия принимают более острый характер. Но это не должно нас приводить к растерянности. Ничего не поделаешь – революционный характер предпринятого нами дела предполагает разрушение. Другие оценки недопустимы. Тогда мы впали бы в иллюзии. Мы же предвидели такое развитие и говорили об этом. Но сейчас это становится всё более ясным. Нужно понимать, что мы должны всё это пережить, перебороть и не прибегать к разным суматошным мерам. Главное для нас сейчас – реализация поставленных нами самими задач перестройки. Это и будет перевод решений в практику, будет наносить удар по всему, что стоит на пути перестройки. Поэтому никакой растерянности.

Но нельзя недооценивать и опасности, которые нас подстерегают. Это другая крайность – благодушие, несерьёзность, шапкозакидательство, что все нам нипочём. 

Серьёзный анализ требует от нас выстроить целую систему идеологических, организационных, политических, экономических мер. Для нас, для Политбюро, для руководства страны крайне важно верно оценить соотношение сил в нынешней ситуации по отношению к перестройке. Информация идёт обширная, фактов много. Но факты ещё не образуют полной картины. Надо оценить и тенденции, и расстановку сил. Я над этим много думал. Убеждён, что признаки противоречивости присутствуют во всех слоях общества.

Основная масса сегодня за перестройку. А что будет завтра – вот на этот счёт давайте поговорим. Это я говорю не для того, чтобы поддержать среди нас оптимизм, бодрость духа. Мы должны прямо смотреть в глаза обстоятельствам. Ожесточение определённых сил, сопротивляющихся перестройке, сейчас налицо. Мы можем, конечно, сказать – и это было бы правдой, – что тормоза, сопротивление, инерция сидят в каждом из нас, что каждый привержен определённым стереотипам, методам работы. Это так. Но есть определённые силы, о которых мы должны говорить на политическом языке.

Это не антагонистические, не классовые силы. Но это те силы, которые видят, что перестройка, поскольку она переходит в практическую плоскость – через экономику, открытость, через право на свободную дискуссию, - создаёт угрозу их власти, их положению, лишает их источников благополучия и полномочий. И не скажу даже, чего тут больше - материального интереса или чего-то иного. Ведь речь идёт о людях, которые материально вполне обеспечены. Скорее, это те, у кого вошла в привычку монополия на власть, а перестройка поворачивает против такой ситуации. 

Вот почему происходит ожесточение. Все это мы должны видеть и противостоять развёртыванию таких процессов в русле демократии реальной подготовкой не только самих себя, но и всех к работе в новых условиях.

Люди, о которых я говорю, будут использовать трудности, эксплуатировать эти трудности, будут нам указывать пальцем: вот, мол, ваша демократия! Вот, мол, ваша реформа! Будут наносить удары по новым подходам. Поэтому мы должны правильно оценить соотношение сил. Тут заложена главная опасность. Будут пытаться вызвать недовольство у трудящихся. 

Предстоящие год-полтора будут решающими с точки зрения того, куда пойдёт перестройка. Здесь её судьба. Если мы обеспечим переход к новым методам и решительно поведём реформу, перестройка будет нарастать и поддержка перестройке будет увеличиваться. Если же консервативным силам удастся использовать трудности, – а я думаю, что это им не удастся, – то у перестройки будут серьёзные потери, начнётся дискредитация нашего дела.

Хочу сказать о нынешнем составе руководства. Тут положение меняется. Мы подготовили теоретически, политически, организационно и идеологически переход к перестройке. Приступили к её осуществлению. Эту часть работы при всей её сложности мы провели в целом успешно. В дискуссиях, спорах, в схватках мы, тем не менее, оказались на уровне.

Не вдаваясь в частности, во все перипетии этой нашей работы, можно всё же сказать: мы справились. Конечно, попав в своё время в руководство, мы с вами могли бы и так продержаться, подлаживаясь к событиям. Страна шла бы сама по себе, но куда – не знаю. У нас хватило мужества, ответственности, умения и интеллектуальных сил, чтобы выйти на первый этап и пройти его. В стране создаётся новая нравственная атмосфера, хотя есть откаты, есть отступления, есть в ней большие дыры. Но в целом она возникла – эта атмосфера – и работает на перестройку. 

Вот факт, лично мне близкий. Ставрополье. Под угрозой оказался урожай. И произошло то, что удивило самих руководителей там. Народ вышел в поле. И за два дня убрали весь урожай. Рассчитывали на 27 центнеров, получили 26. Потери минимальные. Работали бесплатно! Вот отношение людей к тому, что мы здесь затеяли. Вот как работает атмосфера. Вот наш «капитал». Хотя, конечно, то, что случилось, не делает чести тамошнему руководству... 

Когда мы оцениваем ситуацию, надо различать: есть факты и есть тенденции. В трудностях, в борениях «вал» ещё присутствует. Но в то же время народ начал вариться уже в котле реформы. Тем не менее государственная поддержка требуется, особенно в узких местах. Вот подбросили зерна, сахара, на жилье добавили, на здравоохранение. Но это подсобные меры, хотя они и обязательны.

Перестройка захватывает всё новые слои. Дошла и до вооружённых сил. Новое руководство в армии на основе новой доктрины готовит очень серьёзные предложения. В МИДе происходит серьёзная адаптация к новым требованиям времени. Перестройка затрагивает и КГБ. Всё это относится, однако, только к первому этапу. Но это и предпосылки для движения дальше.

Мы должны быть готовы справиться с неизмеримо возросшими новыми задачами. Перед нами настоящее испытание. Ибо предстоит трансформировать всё общество, все сферы жизни людей. Это будет продолжительный период.

Вот подготовим партийную конференцию. Хотим вывести партию на новый, иной уровень её деятельности. Здесь тоже потребуется год-полтора. А в экономике, поскольку мы переходим с 1 января на полный хозрасчёт, тоже потребуется полтора-два года для перелома. Огромны задачи в области управления на этот решающий грядущий период.

В этой колоссальной работе можно сбиться на второстепенные дела, тем более, что частности бывают очень острые. Такие, что забываешь о главном. Вот где ключевое звено – деятельность партийных организаций. 

Если взять первый этап, партия тащила всё на себе, хотя на разные её эшелоны по-разному. Теоретическое осмысление процесса, крупные начинания программного порядка – это прерогатива Политбюро, ЦК, Правительства - Центра. А весь фронт работы - на парторганизациях всех регионов. И вот тут мы до сих пор встречаемся с тем, что нам говорят: у вас тут в Москве перестройка, а у нас как было, так и осталось все по-старому. Есть до сих пор и такие: посидим, подождём, посмотрим. Такое не только на уровне первичных партийных организаций, а и на уровне горкомов и обкомов. Я был поражён, когда встречался с эстонскими районными секретарями. Увидел, что в партии процессы перестройки идут и иначе, и вяло. Привычные методы работы оказывают сильное влияние. Позиции парткомитетов, кадров в результате меняются мало. Это относится и к очень приличным людям.

Перестройку, бывает, рассматривают прежде всего как покушение на собственную власть, на установившийся порядок иерархии. Если мы хотим быть честными перед собой, мы должны это констатировать. Иначе нельзя. Есть перестроечная тенденция, партия пришла в движение. Но есть и то, о чём я говорю. Оправдать такую позицию я могу, например, тем, что кроме гласности, развития критики ничего же мы ещё не дали обществу. Ведь даже демократические выборы, новая роль Советов в жизнь не вошли, не говоря уж об экономической реформе. Правилен был на этом этапе акцент на критику. И тут встретили поддержку. А изменения в кадрах, в их деятельности происходили замедленным темпом. И это можно понять. Потому что гласность, критика создали ситуацию, когда чуть ли не во всем, что было, именно они виноваты. И это создало определённое противопоставление. Получилось, что народ горой за перестройку, а кадры упёрлись: и среднее, и руководящее звено. 

Есть люди, которые ждали перемен и почувствовали себя людьми, когда они начались, искренне включились - пусть ошибались, суетились... Но есть люди, которым перемены поперёк горла. И вот тут-то мы, партия, в целом, и должны сказать, что кадры - это главное.

Думаю, что оправдается наша уверенность, что большинство кадров - «за». Анализ показывает - 85%. Но оно ещё должно как следует включиться в перестройку. 

За три года сменилось 50-60% секретарей горкомов и райкомов. Но нас уже обвиняют, что они присвоили себе монополию на все дела. И происходит дискредитация того слоя, на который мы должны опираться. Но это же новые вроде люди! Так что дело не в том, чтобы заменить, а в том, чтобы помочь работать по-новому. Часть придётся вновь заменять. Придётся. В кадровых делах нужна кропотливая работа. Мы должны удержаться от всяких накачек и решительно отбрасывать склонность к говорильне и к обещаниям. Люди должны включаться в перестройку в ходе практических дел.

В ходе подготовки к конференции нужно основательно над всем этим поработать. Конференция будет крупнейшим рубежом, событием! О партии и перестройке мы должны основательно поговорить на Политбюро - и о её заслугах в прошлом, и в настоящем тоже.

Крупно поставим на Пленуме вопрос о новом этапе в перестройке. Часть доклада этому надо специально посвятить. Прессу сориентировать. Изучить отчёты парткомитетов на собраниях и пленумах местных организаций в ходе подготовки к конференции, выявить накопленный опыт, новые подходы к работе на местах.

Опять возвращаюсь к идее - в январе собрать в Кремле первых секретарей парткомов и райкомов - 4000 человек. И информировать их - как мы действуем в Политбюро, как мы смотрим на роль партийных аппаратов; подчеркнём, что сейчас - очень большое внимание к партии, к её деятельности на всех направлениях.

Наметилось отставание партии. Об этом мы уже говорили на июньском Пленуме. Оно есть и сейчас. И осталось что сказать из того, что уже тогда говорилось. Не надо опять очередную «интересную речь» произносить. А повязать интересные идеи с делом, вдалбливать, убеждать всех, что ключевое направление сейчас – будничная, текущая работа, но не текучка. Иначе болтовня, иначе маниловщина. И скажут нам: хватило у вас сил, у руководства, у партии – на гудок, а движения нет. А спасение перестройки в движении.

Мы должны донести до людей: коренное изменение, качественное изменение общества произойдёт на последних этапах перестройки. Но на подходах к нам партия, её руководство будет держать в поле зрения неотложные нужды. Без этого мы не подкрепим в людях настроение работать, не нарастим поддержку наших замыслов. 

(После этой часовой речи Горбачёва наступило долгое молчание. Члены Политбюро попросили время подумать. Был сделан большой перерыв. – А.Ч.). 

Рыжков. Это уже стиль, метод нашей работы - периодически осмысливать сделанное и не сделанное. Откровенность высказываний - большое достижение. Это даёт возможность вырабатывать коллегиальную позицию. На революционном этапе это полдела. Нельзя сказать, что мы все знали и знаем. Но наступил момент в перестройке, когда мы можем сказать и о плюсах, и о нерешённых вопросах. Напряжение нарастает. Это закономерно. 

Что происходит? Демократизация встречает большое сопротивление консервативных сил. То, что было тайным, теперь выпирает. И видно, где незнание, а где сопротивление... со стороны определённых прослоек нашего общества. Массы верят партии, горят перестройкой. И политическая мудрость состоит в том, как вести дело, чтобы они всегда шли за нами. Мы же для народа делаем всё, не для себя же. 

Вопрос о кадрах я поставил бы на второй план: мы уже знаем, кто за что. Кадры не готовы. Они десятки лет воспитывались по другим принципам. ...Если массы отвернутся от нас - это наша трагедия, наше поражение. 89-ый и 90-ый годы будут самыми тяжёлыми. Январский Пленум и июньский Пленум этого года, т.е. демократизация плюс экономическая реформа, - это две глыбы, которые мы должны столкнуть. Госприёмка - испытание в этой задаче. Необходим год, чтобы почувствовать, получается ли.

1988 год - начало большого испытания в экономике: выходим на полный хозрасчёт. Даже руководители высокого ранга не понимают, как они будут жить и работать. Но не останавливаться. Прошлые реформы гибли из-за этого. ...Выдавливаем средства из всего, но даём на социальные нужды. Мы же в этом отношении очень отстаём от других стран. А в народе создаётся ощущение, что наверху сидят и не понимают, что надо решать в первую очередь.

О ценах.Это оселок, на котором будут проверять и нас, и зрелость общества. Запущенность такая, что давно, 10-15 лет назад, надо было решать вопрос с ценами.

...Если мы будем на нынешнем уровне держать расходы на оборону, мы не сможем модернизировать промышленность, не дадим народу благосостояние... С учётом новой нашей философии надо сокращать расходы на оборону. 

В идеологическом плане... Предстоит 70-летие Октября. Доклад должен быть такой, чтобы видно было, что мы не только экономически хотим идти вперёд, а чтобы он утверждал патриотизм, веру в идеи. Надо серьёзно сказать о людях, которые делали с народом такое!.. Но нельзя всё валить в одну кучу, как это мы видим в прессе. Почему, например, корить тех, кто строил пятиэтажки (в «Огоньке» этим занимаются)?! Для нас эти пятиэтажки тогда дворцами были.

Надо, чтобы народ знал своё прошлое. Гласность, демократизация - главные рычаги в нашем деле. Без них ничего не поднимем. На частности надо обращать внимание. Ведь в ситуации гласности создаются течения, не соответствующие направлениям, которые мы заложили в перестройку. Чуть ли не новые партийные платформы возникают. 

Я против того, чтобы душить гласность. Но и нельзя давать возможность определённым силам расшатывать политические устои. У нас должна быть какая-то программа действий на этот счёт. У меня нет колебаний, что мы сможем управлять гласностью: чётко, трезво, без паники это делать.

Лигачёв. На 100% подписываюсь под речью Михаила Сергеевича. Есть беспокойство за нашу политику. Но никогда я не теряю оптимизма. Без демократии и реформы мы закопаем перестройку. ...При подготовке решений надо лучше взвешивать последствия позитивные и негативные. В целом решения апрельского Пленума ЦК 1985 года соответствуют интересам народа. Но - в целом! Есть другие моменты. 

Вот - о повышении цен на хлеб. Не совсем продумали эту меру, сделали поспешно: качество хлеба не повысили, а цены подняли.

Горбачёв. И зачем этой чепухой надо было заниматься? (То есть связывать с повышением качества - А.Ч.). Мы же знали, что цены всё равно придётся менять.

Лигачёв. Увеличение производства водки в 1986 году не дало нам ничего. Против самогоноварения это не сработало... Никого не хочу упрекать, но... Партия отстала от событий. Это произошло и с освещением истории. Наговорено тут столько и такого, что кое в чём стало ещё более неясно. Долго придётся разгребать.

Неожиданны и события в Прибалтике. События показали, что актив партии проявил пассивность. А в области истории оказался совсем неподготовленным. Ни один не выступил в защиту Советской власти. Партактиву Эстонии пора идти в парторганизации, в коллективы и объяснять историю республики. Но тут нужны кадры с идейно-политической закалкой. 

О правовой основе перестройки. В 1917 году за два месяца была создана правовая основа Советской Республики. А сейчас тоже ведь - революция. Перестройка рассчитана на длительный период. Это правильно. Но при условии, если мы выполним ХII-ую пятилетку. А тут ещё погода всё попортила. Такая бывает раз в 30-50 лет. Надо выводить вперёд пищевую промышленность. Это один из главных источников увеличения национального дохода. 

...В партии много пассива, балласта. Это миллионы людей. Надо бы пойти на аттестацию коммунистов. Это не чистка. Но напоминание об ответственности быть членом партии.

...Возьмите, например, партийную организацию Калининградской области. Область, как была хуже всех на территории Пруссии, так и осталась. ...Политбюро, пока вы, Михаил Сергеевич, были в отпуске, работало дружно.

Громыко. Мысль о приостановке членства в партии чужда партии. В стране нет оппозиции курсу перестройки - ни в партии, ни в народе. Общество монолитно. Политической оппозиции нет. Но есть определённые слои, которые - по разным причинам - не нашли своего места в процессе перестройки. Величие и глубину задач они не всегда чувствуют.

Горбачёв. У нас есть кадры, которые по 20-30 лет возглавляют колхозы и предприятия. Но у некоторых такой задор, такое чувство новизны, какого не найдёшь у многих молодых. Что? Партию заменить? И оставить одно руководство? В то же время приходится констатировать, что те новые, а их после ХХVIIсъезда 60%, ничего нового в работу пока не принесли.

Громыко. 70 лет социализм существует в мире законно, а не с чьего-либо согласия. Даже уродство в его истории - культ личности - не остановило его движения от успеха к успеху. Культ был тормозом, да. Но несмотря на это, страна шла вперёд. И солдаты на войне сражались за страну, а не за «личность». ...Надо связать юбилей с политикой, с тем, что мы сейчас обсуждаем. И не допускать суматохи.

Воротников. Не удаётся всё охватить, чтобы дать полную картину нашего развития. Поэтому надо чётче определить приоритеты. Тем более, что всего не предусмотришь: катастрофы, шквалы, тайфуны, погода и т.д. И опять же - кто быстрее отрапортует: старые методы! 

Горбачёв....Кто больше колхозов создаст!

Воротников (не понял иронии. – А.Ч.). Возникает и местничество - раз даём права. Дисциплина начинает хромать. С секретарём райкома так уже не поговоришь, как раньше. Появились уже целые районы, где тебя слушать как прежде не будут. Если сам не поехал на место, не послал кого - ничего делать не будут. На местах не ведётся разъяснительная работа по перестройке.

Горбачёв. Вот и надо переместить центр перестройки туда - на места.

ВоротниковНадо скорее проводить перестройку аппарата. Там хоть какие-то решения можно подготовить. Люди - в состоянии неопределённости... В идеологической перестройке немало перекосов. Правда, после совещания у Егора Кузьмича кое-какие изменения к лучшему случаются. Но тенденция в средствах массовой информации - опасная. Дело не в том, что мы, старые, так реагируем. А в том - как это влияет на молодёжь. Я за гласность. Но надо же ребятам разъяснять, что к чему. ...Арбат (улица) приносит пример того, какой восторжествует «полная демократия».

Разумовский. Велика сейчас роль партийных вожаков. Они нужны, чтобы показывать, как надо высвечивать собственную позицию и какое это имеет значение для работы. Если раньше критиковали в основном за пьянку, за несунов, за взятки и т.п., то теперь счёт предъявляют за общественную пассивность, которая для многих членов партии бывает более характерна, чем для некоммунистов.

Деятельность партийных организаций не отвечает потребностям времени. Многие пытаются решать новые задачи старыми методами.

Горбачёв. Это хорошо, что перестали молиться на начальство. Вот это рабство и хотят сохранить местные комитеты. Это хорошо, что люди от станка критикуют министров и Кремль. Но... важно, чтобы при этом помнили: а что ты сам лично сделал для перестройки?! Ориентация должна быть на производительность, на активность. Иждивенчество очень ещё сильно. А демократия позволяет его сторонникам отстаивать свои права!

...Овощей нет - виновата Москва или сосед... Лежачий камень. И вместо того чтобы его сдвинуть, кивают наверх: мол, нет ценовой политики, нет законов, которые бы регулировали мои усилия сдвинут этот камень. Значит Центр виноват. Но когда на ферме не доены коровы и из институтов студентов шлют их доить, причём тут Москва?! 

Кто за это отвечает? Есть решения... Но партгруппоргами избирают не тех, кто в состоянии и хочет их исполнять. Царит безнаказанность, нетребовательность... И ведь райкомы, горкомы не дают избирать в исполком такого человека, который может. Выбор его определяет не партаппарат, а хозяйственник. Им в администрации невыгодно иметь не своего человека. А РК и ГК предпочитают иметь карманных секретарей в низовых парторганизациях и в комсомоле, карманных председателей в профсоюзах. С такими удобнее общаться командным способом. Мол, давай действуй как скажем. Поможем! И «помогают» - льготной путевкой, премией, зарплатой... Так вот и действуют эти механизмы. Вот это надо разрушать!

К партийной Конференции надо основательно всё это продумать... В том числе, чтобы судьба партсекретаря, когда он покидает свой пост (особенно, если он хороший был секретарь) не попадала в зависимость от произвола директора предприятия, с которым отношения испорчены именно потому, что он не лежал под директором.

Алиев. Политической, организованной оппозиции у нас действительно нет. Но перестройка идёт трудно. Сопротивление консервативного слоя нарастает и из-за стремления к самозащите, и по инерции. Теоретически мы всё вроде знаем. Но важно, чтобы каждый знал своё место в перестройке. В выработке политики перестройки участвует верхний эшелон партии, а другие слои партии активно в этом не участвуют. И первый теперь вопрос - привлечь их к активной деятельности, научить их участвовать в перестройке. ...Перестройка в лёгкой промышленности основана на наших решениях от апреля 1986 года. Но за 2 года её руководители не освоили принципов реформы в своей отрасли. ...Печать не разъясняет, как реализуются крупные постановления Политбюро и правительства в социальной сфере. 

Горбачёв. Начинать с себя надо (опять, как и в случае с Воротниковым, намёк не понят или не принят. - А.Ч.).

Долгих. Такие обсуждения среди нас очень полезны... Мы ведь участвуем в процессе, когда перестройка превращается в огромное движение в рамках социализма.

Горбачёв. Но это движение может приобрести и болезненные формы.

Долгих. До дна наши решения не доходят. Вот был я в Якутске... на алюминиевом комбинате. Там не понимают новых методов работы.

Горбачёв. А реализовать-то перестройку придётся именно там, на таких вот комбинатах.

Долгих. Негативные явления видны. Но неужели мы такие наивные люди, что по этому негативу будем судить о сути движения? Идёт настоящая борьба. Так и надо смотреть на возникающие проблемы. Многое будет определяться опытом. Нам ещё самим не всё ясно. И не надо бояться лишний раз обсудить, что происходит, поправить. Этапы, даже мелкие этапы полезно выделять. Случилась ошибка - дорабатывать, а не новые решения-паллиативы плодить!

...Огромное значение имеет оценка прошлого. Вот идёт цикл по телевидению по истории нашей культуры. Хороший пример. Но негативизм, очернительство захватили часть людей. Возьмите Аганбегяна - «всё было плохо», такова его «принципиальная» позиция... №36 «Огонька». Там просто подстрекательство. Пионеры начинают критиковать секретаря обкома. Это не то воспитание, какое нам нужно. Наша печать не учит реалистическому подходу к вопросам, подходу с учётом наших возможностей. Почему, мол, этого-того нет в изобилии? Вместо того, чтобы учить правилу: а ты сам, что сделал, чтобы было?!

...Надо больше показывать в прессе, что делает ЦК и Политбюро для перестройки... А то Распутин (писатель) заявил, - слышали, наверное, - что теперь уже больше никто ничего не понимает.

Горбачёв. Этот Распутин... хорош!

Слюньков. После обеда.Тревожит и беспокоит снижение конечных результатов в 1987 году и снижение качества продукции. Это создаёт дополнительную напряжённость и неуверенность в результатах всей наше   работы. Люди перестают верить. На Политбюро я должен откровенно сказать, что не могу это отнести за счёт только объективных условий, хотя их немало. Мы, члены ЦК, сами не видим всего. Положение в машиностроении в легкой промышленности очень серьёзно отражается на всей нашей работе. А мы не дали должной оценки этой ситуации. Объективные условия, чтобы год закончить хорошо, есть. Но мы в течение уже двух лет не можем обеспечить рост национального дохода. 28 млрд. руб. потери в национальном доходе: 11 - по экспорту, 17 - за счёт снижения налога с оборота. Мы должны были разработать покрытие этим потерям. И возможности были. Мы, секретари ЦК, зав.отделами, правительство приняли правильные решения, но не находим правильных рычагов управления, чтобы эти решения выполнялись. Главное - оргработа.

...Через год мы окажемся в положении, когда не сможем выполнять обещанную социальную программу. ...Не все области и республики включились в дело. И это - конкретные люди. Это конкретные республики и области: Азербайджан, Украина, Москва, Ленинград, Московская область. В сумме - это 1/8 всего народного хозяйства. 13% промышленных предприятий убыточны.

...Не доходим до мест. Некоторые республики даже не приступили к переходу на новые, экономические механизмы управления. Оборонку надо последовательно пустить на обеспечение социальных задач. Республики выводить на самообеспечение и самофинансирование... Два поколения руководящих кадров упущены. Их переучивать придётся целиком.

Соломенцев. Обсуждение нашей прошлой истории идёт в одних случаях с плюсом, в других - с минусом. Помощь политике перестройки со стороны средств массовой информации идёт очень большая, за исключением отдельных моментов...

Горбачёв. Во что обернулась ставка на импорт в машиностроении? Например, в Станкостроительном институте, который у нас головной, за 20 лет ни одной новой идеи...

Соломенцев. Не отступать. Иначе из этого болота не вылезем.

Горбачёв.С водкой не путай. Всякие отклонения от привычного пути требуют усилий. Возьми план. Если требовать по валу - он буде выполнен. А вот попробуйте наращивать объёмы производства при строгом выполнении договоров, при наличии госприёмки! Это самое тонкое и самое запущенное направление.

Соломенцев. Народ в большинстве поддерживает наши усилия. Но есть определённая категория людей (это и в письмах трудящихся присутствует), которые требуют: давай товары сейчас и больше!

Горбачёв. Мы породили большие ожидания. Эта сторона в пропаганде слабо представлена. ...Я бы на месте телевизионных журналистов тащил министров в магазин и тыкал: вот ваша обувь! Вот ваши платья! Сочувствую тем, кто оказался бы на месте этих министров.

...Надо идеологически перестраивать народ, особенно молодёжь. Воспитывать в молодых людях патриотизм - и в отношении к армии, и по отношению к труду, к тому, что сделано их отцами. 

...Много писем идёт от людей старшего поколения. Жалуются: нас, мол, совсем списывают. Нужна индивидуальная воспитательная работа, надо активнее включать в неё авторитетных творческих работников, но они сами должны руководствоваться линией центрального Комитета (ссылается на статью в «Московской правде»).

Никонов. Если не будет кадрового большевистского обеспечения, ничего у нас не получится. В душу въелся формализм - лишь бы отчёт написать и красивую речь. Отучились работать так, чтобы получать конкретные результаты в конкретных условиях. С кадрами работа должна быть предметной - чтобы каждый человек стал активной единицей на своём месте.

Горбачёв. Иначе получается: если вы там, наверху, хорошие ребята, то дайте. А что давать-то?

Никонов. Советский крестьянин не хуже других...

Горбачёв. Уверен! Вот вам пример Белоруссии - уже 34 центнера выдают!.. Я им говорил, когда был там: что ж вы, славяне, в этом своём углу слабину даёте?! Вас прибалты обгоняют. Нет. Славянину дай пофилософствовать, за жизнь поговорить. А тут работать надо.

Никонов. Ведь все решения есть, все задачи поставлены. А дело топчется. Почему? Потому что человек лично перед собой задачу не поставил... Всю психологию в обкомах, райкомах, горкомах надо менять.

Горбачёв. Может быть, просто дать работать, не мешать? И через СМИ показывать: вот 40 областей обеспечили себя тем-то и тем-то. ...Мы разворошили всё старое. И надо быстрее обучать новым подходам тех, кто будет работать. И хватит постановлений. Надо выполнять принятые. Совещания пока нужны, но только для того, чтобы учить людей на положительном опыте. Только такие «семинары и симпозиумы» проводить. ...Систему надо менять... Ибо каждая собака лает там, где её привязали.

Никонов. С ценообразованием затягивать нельзя. Не всегда надо реагировать на письма. Не давать себя запугивать... Если ты 120 рублей получаешь, проработав 30 лет, то и получай сколько зарабатываешь. ...Я против распределения мяса по предприятиям, - разойдётся по блату. Например, в Министерстве сельского хозяйства только 80% пошло в общепит.

Горбачёв. Я бы внёс поправку: был период, когда, если бы не эта мера, рабочий вышел бы на улицу. ...Производство каждого кг хлеба даёт 3-4 копейки убытку. Ржи, предназначенной на производство хлеба, осталось невостребованной 2 млн. тонн. Потому что технологии производства хлеба из ржи «отказываются» работать.

Медведев. Та база, которой мы располагаем, даёт возможность решить задачи демократизации и реформы. Но надо, чтобы наши усилия воздействовали на нижние этажи участников процесса. У нас «велосипедная» привычка - как на тренажёре. Она вырабатывалась годами. Крути колеса, а каков результат - это другой вопрос. Если бы зарплату всех, по цепочке, связать с конечным продуктом, тогда бы и результаты каждого можно было бы учитывать. Все были бы заинтересованы в результате. По-прежнему пытаемся сверху решать вопросы, которые должны решаться на местах без всякого нажима. А у нас приучены к прессингу сверху. И приучены к тому, чтобы держать ответственность только «вверх», а не «вниз». Если бы было и то и другое, то снимали бы сами у себя провалившихся работников, а не кивали бы на Москву. Поэтому огромные возможности открывает демократизация нашей системы. А потом надо будет включать и конституционные меры.

Горбачёв. Это положение важнейшее. Большинство кадров готово к контролю сверху, а не снизу. Поэтому и стремятся все решать келейно, боятся контроля снизу. Вот это нам надо разоблачать и ломать. Ведь начальники по-прежнему осаживают народ: не твоего, мол, ума дело! Как так - не твоего ума? При социализме до любого дела народу «есть дело». И этот механизм надо наладить - через профсоюзы, общественные организации... Разберёмся с этим когда-то. А сейчас надо разворачивать работу и сверху и снизу. И контролировать. Лучше - контроль сверху. Но всего сверху не проконтролируешь. И вот тут - при взаимном контроле, сверху и снизу, - возникает роль партийной организации.

Народ же всё видит и знает: в какие двери что ушло и кто унёс, у кого какой уголь и у кого антрацит. И может предъявить, что знает, кому угодно. Это и есть демократия... Иначе - раздувай аппарат для учёта и контроля. ...В будке в цеху мастер сидит. Он тоже управляет. А в целом всё это стране стоит 40 млрд. (на аппарат).

Медведев. Относительно оценок нашей истории. Думаю, интерес к ней в печати закономерен. И в общество, в идеологическую жизнь эта работа внесла живую струю. Не обходится без перехлёстов. К сожалению, аргументированных ответов мы часто не даём. 

Постепенно центр тяжести критического анализа прошлого переносится на 20-30- е годы, на период войны и послевоенный период, а критика периода, непосредственно предшествовавшего перестройке, критика брежневщины стала ослабевать. Это понятно: журналистам, которые совсем недавно славословили Брежнева, легче критиковать далёкое прошлое, труднее фактически разоблачать «самих себя».

Здесь надо бы откорректировать. Конечно, в 20-30-х годах надо разбираться, но с опорой на достоверные данные, учитывать, что темпы развития тогда были выше. Нельзя допустить ослабления критического анализа тех проблем, из которых выросла перестройка. Ибо это важнее для наших практических задач. 

Международные дела. В международном плане перестройка продвигается вперёд, всё большее понимание находит в социалистических странах. Руководство там официально одобрило нашу политику. И очень внимательно к ней присматривается.

В руководстве КПЧ идёт соревнование в деле признания перестройки. Однако, выступая в Академии общественных наук, Хагер (член ПБ СЕПГ) назвал нашу перестройку «оклейкой квартиры новыми обоями». Живков отошёл от полупризнания, но оценивает наши действия как скоропалительные

Зайков. Права дали директорам. И теперь они говорят: вы меня нагрузите, я начну работать, а если мне чего не хватит, буду у вас просить и требовать.

Горбачёв. Не надо впадать в удручённое состояние. Механизм у нас в очень остроц стадии перехода... Помните, как Ленин оценил ситуацию в физике на рубеже XX века: новая физика в родах, роды идут болезненно - она рождает диалектический материализм. Давайте «болеть». Переболеем. Но не отступать... Без машиностроения вся перестройка захлебнётся. Если мы дрогнем, начнём отступать, погубим всё дело. Поэтому не «безнадежничай». 

Зайков. Никакого упаднического настроя у меня нет.

Горбачёв. Друг друга будем держать. То, о чём ты говоришь, - внутриминистерские методы. Пока потерпим - будем разбираться.

Зайков.Кадры на месте не изменили форм работы с заводами, с коллективами... Поставки друг другу трудно налаживаются. Оборонка. Согласен, надо сокращать расходы на неё. Но не вдруг. Не знаем, какую из намеченных программ снимать? Если по РСД - отразится на обороне. Думаем - прежде всего об ОТР, чтоб не закладывать затраты на них в IVквартале года.

Чебриков. То, что было 5 месяцев назад, сейчас уже смотрится по-новому. 

Горбачёв. Самодеятельные организации все органичнее впитываются в общие процессы. Это помогает перестройке. Они заставляют учитывать общественное мнение. А вот когда их начинают прижимать, они выходят из русла перестройки... на митинги.

Чебриков. Организации, группы, объединения делятся на три части. Всего их сейчас по стране 32 000. 1-я - и главная - это активные участники процессов обновления, активные помощники партии. Будят творческую мысль. Видим их, но - не чтоб искать там врагов...

Горбачёв. А чтоб знать, есть ли в их среде и ваш вопрос (т.е. КГБ).(Смеются).

Чебриков. 2-я группа. Их несколько десятков. В каждой есть здоровое ядро, которое, однако, не всегда берет верх. 3-я группа заслуживает того, чтобы за ней внимательно следить, работать с ней. Идеи «инструктируются» из-за рубежа. В ней всего 600 человек. Выпускают листовки, открытки посылают, рассовывают их и по почтовым ящикам. 

...С 1961 по 1967 гг. было десять случаев выхода людей на улицу и применялось против них оружие... 

Капитонов... (никаких пометок в моей записи. – А.Ч.). 

Яковлев. Перестройка поднимает пласты демократии, которая порождает и противоречия. Сама демократия - это противоречие, которое разрешается в демократическом процессе цивилизации. Демократию понимают как особый порядок, который меняет всю атмосферу жизни. Но перестройка и для каждого в отдельности носит конкретный характер. Демократия - и сладкий, и горький плод. ...Бывают размашистые оценки в печати, но не они берут верх. А те, которые работают на перестройку, благоприятны для наших дел. Что-то выплёскивается, появляются неформальные объединения и т.п. - это не порождение перестройки, а наследие предшествующих периодов. Перестройка только дала им выход. Происходит интеграция разных процессов, с перевесом тех, которые «за» перестройку. А если. нет, то мы виноваты, не умеем, не дорабатываем. Демократия и гласность делают великое дело. И дальше легче не будет. Люди должны пройти через социальный опыт, а мы должны позаботиться о том, чтобы этот опыт сработал на социализм.

Историки будут удивляться, как много сделано за короткий период... Процессы надо анализировать и вовремя реагировать... Мы ведь всё-таки занимаемся социальным конструированием. Общество к тому же надо лечить. Имеем дело с живыми людьми... Идеологическая борьба идёт в условиях информационной насыщенности. Она будет нарастать. Это потребует нового умения бороться. Нужен очень высокий уровень квалификации, искусства. Непроницаемость общества ушла... Идёт процесс индивидуализации вкусов, интересов... 

Надо научиться управлять процессами, видеть перспективу. Опасность не в том, что печать что-то не так освещает. Мы сами мало даём ей пищи, нужной тематики... 

Горбачёв. Слабо участвуем персонально. Надо каждому из нас выходить на телевидение, опять «идти в массы». Товарищи, всем «мой приказ»: идите на телевидение. Пусть видят ваши лица. Не только в своих кабинетах, где вас боятся, вы должны сейчас работать. Выходите к людям и защищайте нашу политику. И это же интересно - видеть, как люди реагируют, что ждут от каждого из нас. 

Общество наше - не мёртвое царство и не загон, где все равнодушно хрю-хрю. Оно динамичное, ищущее, страстное. (Яковлеву). Ты возьми на себя инициативу, предложи товарищам, кому что сказать. Кто статью опубликует, кто по ТВ выступит. Организуй! И к иностранным корреспондентам надо выходить. Это имеет гораздо большее значение, чем мы считаем. Они дают облик современного, динамичного руководства. 

Вот передо мной письмо о работе членов Политбюро. Народ выражает нам моральную поддержку «в начале большого пути». Народ воспользовался демократией и заботится о постоянном единстве партии и народа. И когда люди сталкиваются со старым «тащить и не пущать», это вносит разочарование, обижает, расхолаживает. Автор письма пишет: я пожилой человек и имею право читать нотацию Политбюро. Ну что?! Стоит послушать! 

Медведев сообщает нам о том, как реагируют на процессы общественные науки. 20-30-е годы взяли под обстрел. А брежневский период - в тени, вся эта обломовщина, вся эта имитация активной работы. Тогда, в 20-30-х гг., были жестокие методы. Но они давали результаты, а в 60-70- х - застой. Тогда - кровавые приёмы... И об этом надо сказать. Успехи кровью замазаны...

...В общем, в политико-идеологической сфере идут добрые процессы. Это само за себя говорит. Гласность надо беречь и она будет всё большую отдачу нам давать. А тогда, в сталинские, хрущёвские годы оружие против людей применяли, потому что сначала не дали сработать самой демократии, которая бы и решила проблемы.

Лукьянов. Человек не почувствовал при перестройке свою большую защищённость законом. А это очень важно для её движения вперёд.

Горбачёв. Это значит, что суды и прокуратура остаются зависимыми.

Лукьянов. Часто строптивого прокурора партийный орган загоняет в угол. Если смотреть поглубже - всё дело в кадрах. На 80% сменили прокуроров, на 60% - судей. 400 тысяч новых людей влили в милицию. И всё-таки... Очищать себя не готовы. К переменам в экономической жизни тоже не готовы. Не знают, как бороться с преступностью здесь. Оказалась серьёзно запущённой сфера законодательства, особенно - в экономической части. В трудовое законодательство заложена изначально уравниловка. Бездельника не уволишь. Малейшую деталь правовики бегут согласовывать в парторганы.

Очевидна растерянность юридической службы перед демократией. Боятся прессы. Не умеют реагировать на её выступления... принципиально, с позиции закона. Вообще с кадрами катастрофическое положение. Министерства при сокращении штатов сокращают прежде всего юридические службы.

Горбачёв. Не знаю, мол, никаких законов и знать не хочу!

Лукьянов. Партийные органы, не справившись с проблемами татар, прибалтов, апеллируют к старым методам: давайте арестовывать.

Горбачёв. Как при Николае Кровавом! Между тем, при нём даже в 1905 году в тюрьмах сидело в десять рез меньше, чем у нас сейчас.Мы в тюрьмах кормим бездельников.

Талызин. В республиках по-прежнему рассчитывают главным образом получать всё из Центра. Душевое потребление сокращается, потому что «души» растут быстрее, чем производство. Надо переводить республики на хозрасчёт.

Горбачёв. Кадровый потенциал нашей прессы слаб. Журналисты экономически не подготовлены. Если есть материал в отделах ЦК, пусть несут его в газеты. Тогда не будет и узурпации этих проблем прессой, на что всё время жалобы.

Талызин. О ценах выступили «Литературка» и «Известия».

Горбачёв. Пусть выступают. Но им надо противопоставить авторитетных специалистов, типа Павлова из «Правды».

Ельцин. Каждый район в Москве имеет свой балл (оценку), как и каждое предприятие и т.д. Наблюдается очень большая дифференциация. В Москве это очень видно: один район можно брать за эталон, и тут же рядом другой топчется на месте. И это опять выводит на проблему кадров. Новые секретари (райкомов) более активны. Но бывает и так, что некоторые из них по второму разу пошли в застой. Январский и июньский Пленумы по-разному повлияли на настрой в коллективах, на их активность. Январский сильно сработал психологически, но этим и закончилось. Июньский поставил вопрос об экономической подготовке кадров. И оказалось, что они совершенно не подготовлены. Вот почему из 33-х районов столицы только в пяти пленумы райкомом прошли на уровне. 

Беспокоит что? После январского Пленума процесс стал набирать подъём. А после июньского у людей веры в возможность подъёма не стало. До 2000 года мало кто доживёт. Из этого кадры и исходят.

...Очень волнует проблема цен. Может быть, какой-то промежуточный этап начать по реорганизации цен? 

Перед лицом неформальных организаций мы оказались неподготовленными. Не говорю о тех двух тысячах объединений и групп, которые работают на перестройку, а о тех трёх-четырёх, экстремистских...

Горбачёв. ...Действуют по примеру чехословацкого «клуба репрессированных»... Очень смущает, что после таких съездов, как комсомольский и профсоюзный, не видно повышения их активности. Они хромают. Очень это опасно. Это же по сути политические организации.

Ельцин. Ни на что не способен горком комсомола. Сам ничего не творит и другим мешает. Опытные партийные кадры, которых предлагают (Лигачёв)послать туда, на таком этапе, как перестройка, ничего там не добьются. Мы заменяем там кадры. Новые несколько лучше прежних, но не на две головы, а нужно, чтоб на десять. В целом люди настроены положительно. Но тонко реагируют на снабженческие проблемы. Мы сказали, что за два года увидят улучшение. Но особых изменений не произошло. И возникают вопросы... Был один период, когда стало получше, потом опять... В общем москвичи за перестройку. Но по территориям, коллективам, по социальным группам ситуация очень разная.

Язов. Сообщает, что ассигнования на оборону уже сокращены на 10 млрд. рублей. 

Бирюкова. Работать труднее, но интереснее. Перелом наступает. Другое дело, что он - медленный, недостаточный, не отвечает требованиям. И всё упирается в кадры. Много ещё сидит в них неверия. Не верят, что у них как всегда не отберут все заработанное. 

20-25% средств оттянули от тяжёлой промышленности. И нельзя корректировать, нигде не допускать обратного перелива. Наши документы очень демократичны. Они дают предприятиям широкие возможности, каждый может решать свои проблемы. У министерства лёгкой промышленности сейчас 2000 предприятий. Может ли оно управлять ими?! Надо, чтобы новый хозяйственный механизм заработал на местах. А там - учить, как работать самостоятельно.

...Иждивенчество в республиках не снижается. Выводные республики - Украина и Прибалтика - не хотят повышать темпы производства. Зачем? Нам, мол, хватает!

Горбачёв. Прижать их через сырье и энергию. И нормативы дать. Пусть живут! 

Бирюкова. В случае чего - остановить предприятия... пока не перейдут на новую технику. Установка на сокращение управленческого аппарата на 40% провалилась. Выходят только на 15%....Спасибо, что вы нас поддержали и воодушевили. Мы не паникуем, но работать все сложнее.

ДобрынинМы породили большие надежды не только в своей стране. И здесь проблема альтернативы: социализм или капитализм. Там не жалеют оплачивать кадры, которые обеспечивают эту альтернативу в свою пользу. Вон сколько Рейган получает, даже уйдя в отставку!

Горбачёв. Да, кадры, на которые страна столько тратит, должны оправдывать своё предназначение. Вот Талызин провёл проверку, сколько задолжали кадрам... (??) 

Добрынин.Неплохой подарок к 70-летию Октября: снимаем ракеты РСД и 0ТР. 

Горбачёв. Но всё начинается здесь, вот тут (указывает на стол, за которым сидят члены Политбюро). 

Горбачев заключает. 

Итак, мы завершили марафон. Это крайне необходимо. По итогам нашего обсуждения я констатирую наличие неформального, а глубокого единства Политбюро. Это очень важно. Особенно если учесть, как озадачен наш противник, стремящийся нас расколоть. А у нас идёт творческая работа. И при любом проявлении разных оценок сохраняется наш общий подход. Это естественно и хорошо. Наличие дискуссии среди нас так или иначе становится известным. Из наших публичных выступлений видно, что у нас есть разные оттенки мнений. Но наши недруги пытаются вклиниться в эти наши дискуссии, раздувать нюансы. Раньше спекулировали на том, будто военные или КГБ имеют особую позицию. Теперь, оказывается, армия и КГБ включаются в политику перестройки. И тогда переключились на то, чтобы разделить нас самих на группы, в руководстве нас поссорить: Лигачёва с Горбачёвым, Яковлева с Лигачёвым, Рыжкова ещё с кем-нибудь. Ищут любые лазейки. Вот почему сегодняшний разговор имеет большое значение для всей нашей политики.

Нам нужна творческая обстановка: единство единомышленников, а не однообразие. Наша общая позиция получила поддержку народа и это позволяет нам продвигать перестройку. С революциями не играют. Учитывать все факторы, все обстоятельства, но вести дело вперёд - вот наша судьба. 

Глубокий революционный процесс, который мы начали, должен придать второе дыхание социализму. Это очень серьёзное дело, очень ответственное. Возможны неудачи, но они не должны нас сбить с толку. Мы не можем потерять дух и веру. 

Второе, что я хотел бы сказать. До сих пор процесс перестройки шёл за счёт Центра. Задача второго этапа – развить, закрепить успех и пустить перестройку шире и глубже во все слои. Этого можно добиться только практической повседневной работой, реальными делами. В этом критическая важность нового этапа. Борьба за перестройку перемещается в города, районы, на село, в области, короче говоря – на места. Правительство, Политбюро обеспечили первый этап перестройки. Не все мы успели определить и решить. Предстоит ещё доделывать. Но уже надо включаться в задачи второго этапа. Смысл его – демократизация, большая экономическая реформа.

Сейчас важно подключить всё ЦК, членов ЦК в формулирование политики кадров, в использование идеологических средств и в контроль за исполнением наших решений. Но со все большим креном на политические методы руководства, а не организационно-хозяйственные. Для Правительства главное – хозяйственная, организаторская работа в диалектическом единстве с ЦК. Очень важно, чтобы во всех ведомствах перестраивали свою работу на основе законов. Да, и в нашей работе, в работе Политбюро, ЦК надо взять установку на действия сугубо и твёрдо в духе законов. Это одна из особенностей второго этапа.

Далее. Очень правильно товарищи подметили, что дело не в антагонизме, не в политическом неприятии перестройки, хотя и это есть. Для основной массы даже не монополия на власть – главная проблема. А неумение работать по-новому. И научить должны мы, стать центром притяжения сил всей партии. Самая большая трудность для людей – набраться опыта в осуществлении задач перестройки. И нужна какая-то методика для этого. Не всё допустимо делать методом проб и ошибок. И учесть: если мы все централизуем, не получим нужного результата. Да, я согласен, нужно правовое закрепление перестройки. Нужна твёрдая основа трудового, уголовного, гражданского права. Всё это требует коренного совершенствования, чтобы права действовали в новых условиях. Поэтому очень серьёзное внимание сейчас к работе административных органов. Сейчас критический момент. Мы должны учитывать, как пойдёт перестройка, если некоторые процессы примут болезненный характер. Мы породили большие ожидания.

Политика построена на том, что от перестройки мы получим новое общество, качественно новый потенциал социализма будет во много раз увеличен. Это правильно. Но мы должны помнить об иждивенческих настроениях в обществе, где многие считают, что всё им должно быть преподнесено на блюдечке. Но никакого чуда не будет. Цель может быть достигнута в результате творческой работы всего общества. И важно, чтобы был создан механизм осуществления перестройки, который обеспечит нам выход туда, куда мы задумали. 

Надо выделить идеологическое обеспечение перестройки. Мы уделяли этому вопросу внимание. Но, мне кажется, недостаточное. В идеологической жизни сейчас появляются моменты, которые могут быть использованы и против перестройки, во вред социализму. Мы всё чаще сталкиваемся с перехлёстами в оценках, с вседозволенностью. С другой стороны, если мы сейчас начнём притормаживать, затыкать рты, это тоже принесёт вред перестройке. Так что мы должны найти тут определённую меру.

Идеология перестройки должна быть построена на наших ценностях, которая отвечает интересам народа. Мы начинаем набираться опыта, уже не шарахаемся так, как прежде – от одного к другому, увереннее идём. Эта уверенность и должна определять наши подходы к идеологической работе.

Что касается истории, то, кажется, мы определились с подходом. Всё, что выстрадано народом, создано народом, заслуживает уважения. Были потери, были отступления. Но все это требует объективной оценки того, что произошло, с позиции правды и с позиции ответственности. Если же проявляются безразличие, неуважение, цинизм к нашему прошлому, к тому, как жил народ, боролся, то для нас это неприемлемо. Это не совпадает с интересами перестройки.

Насколько я знаю, наши историки остаются при убеждении в правильности выбора, сделанного в октябре 1917 года. Да, были потери, были отступления и от социализма, попрание демократии, отход от ленинизма. И все это мы должны сказать. Прав Медведев, который здесь заметил, что сейчас явный крен в критику того, что было при Сталине, и начинают забывать о брежневщине, о периоде застоя. И забывают не случайно. Но это тоже отступление от правды. Потому что исчезает из рассуждения тот самый период, который нам и продиктовал необходимость перестройки. Много ещё в нас самих сидит от того прошлого. Отсюда и процесс торможения повсюду – и в экономике, и в нравственности, в идеологии. Все это очень серьёзно, как в 20-30-ые годы.

Обратил я внимание в ваших выступлениях и на то, что комсомол и профсоюзы практически не сдвинулись серьёзно на новые пути деятельности. Не годится, чтобы эти организации оказались вне серьёзной перестройки, особенно комсомол. Ведь через 5 лет эти люди будут включаться в большую политику. Здесь большое наше упущение. 

Мы говорили, что нужен закон о молодёжи. Думаю, стоит это продвигать. Но видите ли, закон законом, а надо, чтобы сами ребята всколыхнули свою организацию. И покончить надо с тем, как привыкли уже за много 10-летий – водить их через дорогу как школьников. Стоит вспомнить прежние времена, как комсомольцы включались в самые горячие дела, как переворачивали всё захолустное, закостеневшее. Пусть больше будет у нашей молодёжи того нахальства, которое раньше горы сворачивало. Нам нужна бьющая ключом инициатива. Всё, что откликается здорового в обществе на перестройку, нужно включать в практические дела. 

О партии. Это решающее звено. Замена кадров не даёт результатов. Об этом говорил Ельцин. Появляется на посту новый человек. Он честный, но сам он из прошлого времени, сам весь опутан привычками и правилами, в которых он вырос. Ему нужно научиться работать. И нужно поддержать его. Иначе вся эта смена кадров вернёт нас во второй застой, только омоложенный.

Большое счастье всех, кто работает сейчас в советском руководстве, - служить родине, да и не только ей - миру. Поэтому не надо опускаться нам до областнического подхода. Если кто-то ставит вопрос, затрагивающий твою сферу, не обижаться надо, а проявить политический подход, достойный члена Политбюро. Напрямую надо говорить обо всём и не видеть покушения на чью-то компетенцию.

Словом, я доволен нашим обсуждением. Это обсуждение показало пример, на каком уровне Политбюро должно работать, а не чепухой, не мелочами заниматься. И очень хорошо, что у нас такой дух в коллективе, атмосфера откровенности, прямоты. Делаем одно дело. Мы на виду. С нас будут брать пример. Так что будем действовать в русле новых задач.

См. предыдущую публикацию:«Чтобы в 10 утра в понедельник Явлинский был у меня на совещании. Суббота.Звонок Горбачёва: направь, говорит, телеграмму Явлинскому в Лондон или Бонн. … Сказал, что сидит редактирует «Августовский путч». Что было в Кремле 28 сентября: в 1975, 1983, 1985 и 1991 годах. 

Комментарии

Только авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Авторизоваться через:
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Ещё на эту тему

Спятил Балмашнов – помощник Секретаря ЦК КПСС Пономарёва

FLB: «Красин его застал на чёрной лестнице, уже перекинувшим одну ногу через перила. Отправили в психушку». Что было в Кремле 10 августа: в 1974, 1975 и 1981 годах

В «Новом мире» опубликована статья о Маккиавели

FLB: «Полная реабилитация у нас этого гениального человека. Первая попытка была сделана ещё в 1933 году, когда издали «Государь». Почти уверен, что эту книгу очень внимательно изучал Сталин».  Что было в Кремле 2 августа 1981 год

Англичане умасливают нас не возражать против НАТО

FLB: «Его существования и деятельности, несмотря на роспуск Варшавского Договора: мол, оно и вам понадобится. Что было в Кремле 10 мая: в 1981 и 1991 годах

Горбачёв поставил на обсуждение статью Нины Андреевой в «Советской России»

FLB: «Лигачёв слушал, красный, как рак, стал врать, что к этой статье отношения не имел. На самом деле всё не так... Лигачёв на совещании редакторов в ЦК размахивал статьёй и говорил: вот линия партии. Что было 26 марта: в 1972 и 1988 годах»

Мы в соцсетях

facebook

Новости партнеров