История 02.11.18 20:12

«Попортил дело Ельцин»

FLB: «Поднял территориальный вопрос, вопрос границ. Это усилило сепаратистские тенденции на Украине». Ельцин  под давлением людей, которые хотят «сбросить с себя бремя других республик». Что было в Кремле 2 ноября   в 1975, 1983,  1984 и 1991 годах

«Попортил дело Ельцин»

Из дневников Анатолия Черняева - заместителя заведующего Международного отдела ЦК КПСС (1970-1986 гг.), помощника Генерального секретаря ЦК КПСС и помощника президента СССР Михаила Горбачёва (1986-1991 гг.). См. предисловие здесь

«По моей интеллигентности я не стану мстить»

2 ноября 1975 г. Было отчетно-выборное партийное собрание. Обычная проформа. Но поскольку такое бывает раз в году, выступал Б.Н. (Пономарёв). Говорил банальности, которые можно было произнести и 10, и 5, и 25 лет назад. Будто ничего не происходит в МКД, будто все по-прежнему здесь здорово и гладко, только вот «непонятно, мол, французы как-то не так себя повели» и т.д. Есть у нас один зав. сектором по Скандинавии, в отделе лет 30, тупой и подло хитрый. Ему надо показать свою принципиальность и он задел меня в своем выступлении (мол, не просвещаю сектора, что делать с социал-демократией, а только езжу за границу на всякие совещания по этой теме, результатов же, мол, никто не знает). Вздор и мелочь, но все обратили внимание: зам. зава публично критикует! С точки зрения служебной ход это сотрудника – явная нелояльность Я бы мог его вызвать и врезать. И никакой партком не заикнулся бы насчет зажима критики. Но мне плевать. Однако, примечательно, что он осмелился это сделать в отношении меня... Почему? Либо потому, что считает (как и немало других), что у меня недостаточно фактической власти, чтоб «прижать», либо потому, что думают, что по моей интеллигентности я не стану мстить.

Читаю Виктора Афанасьева. Сборник «Где-то гремит война». Это один из тех, кто представляет нашу великую современную советскую прозу. Огромный мастер. В каждой из повестей или рассказе есть место, где невозможно удержаться от взрыва переживаний.

«Ни сил, ни интереса (из-за здоровья) не хватает, чтобы добиваться, контролировать, рисковать. Беда, ей Богу!»

2 ноября 1983 г. Три с половиной часа беседовал с делегацией ННП (социал-демократы) Ямайки. Интеллигентная публика. Хорошо говорят – британская выучка. А в конце помимо всяких рядовых просьб (радиоаппаратура, автомашины, газетная бумага, студенты и проч.) ... генсек попросил своих коллег выйти и передал обращение Мэнли к Андропову: дать денег на избирательную кампанию. Вот и вся недолга! Потом ругался с мидовским Ковалевым по поводу ответа Андропова Берлингуэру (по ракетам). Энрико второй раз «настаивает» на уступках с нашей стороны. И мы, и МИД, конечно, за отлуп, но мы – на товарищеско-партийном, а не на казенно-бюрократическом языке.

Сочинял телеграмму послу в Лондон – собкору «Правды» Масленникову, чтоб поговорили с Макленнаном и другими об угрозе раскола КПВ и что мы этим озабочены.

Разговор с Брутенцом: эпизод, достойный кисти Айвазовского. Он с Пономаревым принимали мексиканскую делегацию у Черненко. Беседа, видно, проходила не очень активно. А когда К.У. пошел, попрощавшись, на выход, Б.Н. бросил Брутенцу: «И этот еле ходит!» Имея в виду, что Андропов уже серьезно болеет, хотя и соприкасается с кое-какими делами. А на беседах с йеменским Мухаммедом, которого возили к нему в Крым, его приходилось подхватывать под руки, так же, как в свое время Брежнева в Бонне. В результате инициативы и высокие намерения уходят в песок. От слов до дела опять не доходит. И, наверно, ни сил, ни интереса (из-за здоровья) не хватает, чтобы добиваться, контролировать, рисковать. Беда, ей Богу!

2 ноября 1984 г. Вернулась Светлана Сталина. Помнится ее последнее интервью «Гардиан» весной этого года. Ностальгическое. Много всяких чувств вызвало это сообщение, хотя о том, что ей разрешили вернуться (по записке в ПБ Громыко и Чебрикова), я знал два месяца назад. Вспомнил, в частности, как я в 1948 году был у нее оппонентом по дипломной работе на истфаке. Смех! Помню, как «хорохорился» и всякие там «критические» замечания излагал... На меня шикали.

«Августовские события подстегнули стремление заявлять о независимости»

2 ноября 1991 года. Суббота. Утро. Заглянул: оказывается, с 21.Х не писал. Ни о том, что имел с М.С. крупный разговор о своем положении и аппарате, после того как зам. управляющего делами сообщил мне, что как помощнику (по новой структуре) мне полагается лишь секретарша - и никаких консультантов... Разговор по селектору с подключением Ревенко... "0н (т.е. я) мне проходу не дает", - заявляет Ревенко, не зная, что я слышу. И это - после вежливых разговоров и похвал в мой адрес в сравнении с другими помощниками. М.С. ему круто: разберитесь... И резолюция - дать Черняеву все, что он просит.

Подготовка к Мадриду (по Ближнему Востоку). Речь Горбачева и других прозвучала на открытии Конференции "лучше" Бушевой: американцы толкали меня в бок (Скоукрофт - справа, Сунуну - слева, а потом посол Страус) - и показывали, что "во!"... Я, было, стал отказываться ехать в Мадрид. М.С. просмотрел составленный мною список... Взглянул, понял, спросил: "Ты что - всерьез не собираешься?" - и вписал в состав делегации (а не сопровождающих!)... Он усек: я не хочу близко общаться с Р.М. (Раисой Максимовной).

Что было в Мадриде? Перед началом ближневосточной конференции Горбачев и Буш, сопредседатели конференции, основательно обо всем поговорили в присутствии Бейкера, Скоукрофта, Панкина. И я там был... Поговорили о Югославии. Констатировали, что ситуация ухудшается. М.С. предложил вернуться к югославскому вопросу в СБ ООН. Буш реагировал скептически: мол, некоторые члены Совета Безопасности и сотрудники Секретариата ООН считают, что это все-таки внутреннее дело, в которое не хотят вмешивать ООН. Горбачев согласился: вмешательство недопустимо. "Но все же, если бы ООН заявила о своей позиции, это могло бы иметь определенные последствия".


- ООН уже заявляла о своей позиции, - возразил Буш. - Мы поддерживаем усилия ЕС. Вы беседовали с руководителями Сербии и Хорватии. Вы считаете, это было полезным? - спросил не без ехидства.

- К сожалению, есть разногласия и между членами ЕС. Им нелегко сохранять единство подхода, - вступил в разговор Бейкер. - Некоторые европейцы хотят признать независимость республик. Мы пытались препятствовать этому. Но Германия забежала вперед.

- Я тоже говорил об этом Колю, когда мы встречались под Киевом, - заметил М.С. - Меня эта проблема беспокоит. В конце концов, речь идет не только о Югославии. Как продолжать европейский процесс, если мы не можем найти способ решать подобные вопросы?

- Давайте поддерживать контакт по этому вопросу, - заключил Буш.

Главное, что с нетерпением ждали от Горбачева американский президент и госсекретарь и чем сам он очень хотел с ними поделиться, - это внутренние наши дела. "Сегодня главный вопрос для нас, - начал М.С., - как выйти из кризиса, как ускорить реформы и двигаться вперед по пути политической и экономической свободы, в рамках общего для всех республик рыночного пространства. Центральный вопрос, разъяснял он им, - государственность. Августовские события подстегнули стремление заявлять о независимости. Но они не изменили ничего в принципе, - к моему удивлению, заявил М.С., - а лишь создали основу для движения к созданию действительно добровольного Союза Суверенных Государств. Попортил дело Ельцин, подняв территориальный вопрос, вопрос границ. Это усилило сепаратистские тенденции на Украине. Заговорили об имперских притязаниях России. Трудно было в этих условиях выработать совместное заявление "10+1". Но постепенно процесс пошел. Экономический договор, разработанный под руководством Явлинского, - начало возрождения центра, нового центра. Выразил уверенность, что экономический договор подпишет и Украина.

Вместе с Борисом Николаевичем ведущем большую работу в плане реформирования нашей государственности. В республики разослан подготовленный нами проект Союзного договора. Речь идет о создании именно союзного государства, а не какой-то ассоциации или содружества. Это будет государство с едиными вооруженными силами, согласованной внешней политикой, единым рынком. Будет Верховный Совет Союза, президент, Межреспубликанский экономический комитет. Союз будет нести ответственность за единую энергетическую систему, транспорт, связь, экологию, фундаментальные исследования и некоторые другие области. 11 ноября проект будет рассматриваться Государственным Советом, с учетом поправок и замечаний.

К сожалению, Ельцин подвергается давлению определенных людей, которые утверждают, что Россия должна сбросить с себя бремя других республик и идти вперед сама. Я разговаривал с Борисом Николаевичем, и он заверил меня, что понимает, к чему это привело бы. Это вызвало бы огромные трудности и у России, это значило бы несколько лет больших потрясений. А для других республик это было бы катастрофой.

- Для других республик? - с некоторым недоумением переспросил Буш.

- Даже в России это вызвало бы, повторяю, серьезные потрясения. И Ельцин понимает это, но, к сожалению, он подвержен влиянию определенного рода людей. Анализируя его вчерашнее выступление, я вижу в нем две стороны, две части. С одной стороны, в ней содержится подтверждение позиции за Союз, с другой, по некоторым конкретным вопросам налицо отход от положений, включенных в проект Союзного договора, над которым мы вместе работали. Есть опрометчивые, хлесткие формулировки насчет государственности. Очевидно, это вызовет реакцию ряда республик. Но в целом мне сейчас нужно будет поддержать его. Потому что, если пойдут реформы в России, то они пойдут и в других республиках.

- Ключевой вопрос состоит в следующем, - прервал М.С.'а Буш. Считаете ли вы, что Россия, Ельцин стремятся захватить центр? Чего они хотят? Хотят ли они еще более сузить роль центра, вашу роль? Это затрудняет для нас определение позиций. Нам нелегко разобраться в ситуации.

Горбачев признал, что такие попытки имеют место. Но, он убежден, что Россия нуждается в новом союзном центре. Это единственная законная форма для осуществления ведущей роли России в союзе республик. Они не примут непосредственного руководства со стороны России. Вот почему они выступают за союзный центр. Большинство из них за всенародные выборы президента. Мне казалось, что у меня с Ельциным было понимание на этот счет. Но последняя его речь вызывает разочарование. Если он изолирует Россию, разрушит Союз, то это будет иметь разрушительные последствия и для России. Я, - говорил М.С., - сохраняю оптимизм. Продолжаю работать с республиками совместно и по отдельности. И хочу подчеркнуть: сегодня это фундаментальный, судьбоносный вопрос не только для нас, но и для Запада, для США. Вам предстоит сделать стратегический выбор. Сейчас необходима поддержка продолжению курса реформ, ибо от этого зависит будущее Союза, такого Союза, который, как я убежден, нужен и Соединенным Штатам, и другим странам.

Горбачёв выпрашивает кредиты

Перейдя на конкретику, М.С. просил решить вопрос о продовольственном кредите в 3,5 млрд долларов и о платежах по задолженности. Для этого последнего необходима срочная помощь наличными в размере 370 млн Долларов, плюс финансовый кредит от Саудовскои? Аравии и Южной Кореи (1 млрд).

Думаю, все мы понимаем, - нажимал М.С., - что поставлено на карту. Что произойдет с Союзом - будет иметь последствия для всего мирового процесса. В ответ Буш произнес многозначительную речь, которую я постараюсь воспроизвести детально (тем более при записи мне помогало то, что я слышал сказанное сначала по-английски, потом в переводе).

- Я буду с вами предельно откровенен, - начал Буш. - Надеюсь, ты знаешь позицию нашего правительства: мы поддерживаем центр. Не отказываясь от контактов с республиками, мы выступаем в поддержку центра и тебя лично. Еще до путча я выступил с речью на Украине, которая стоила мне определенных политических издержек дома. Меня критиковали за то, что я якобы "продал" Украину. Конечно, этого не было. Но я выступил против бездумного национализма. Мы поддерживали и поддерживаем контакты с Ельциным, с руководителями других республик, но делаем это не за твоей спиной. Я задал свой вопрос потому, что в Конгрессе и в администрации многие удивлены его речью, не могут понять, что она означает. С этим связан и вопрос о кредитоспособности Советского Союза.

Согласно нашему законодательству я должен удостоверить Конгресс в том, что наши заемщики кредитоспособны. Я не могу обойти требование нашего законодательства. Мы считаем, что можем сейчас пойти вам навстречу по кредитам, хотя и не в полной мере. Но нам необходимо иметь уверенность, что республики полностью понимают свою ответственность. Мы хотим вам помочь, но нам нужны определенные дополнительные гарантии, касающиеся позиций республик.

Горбачев прерывает. Давайте говорить откровенно - 10-15 млрд долларов - это не такая уж огромная сумма, чтобы мы не смогли ее вернуть. Если сейчас мы с вами просчитаемся, то со временем придется заплатить гораздо более высокую цену. Речь идет не о чем-то обычном, рутинном. Речь идет об огромной стране, которая переживает великие трансформации, и здесь рутинные подходы неприемлемы, и ссылки на Конгресс и экспертов меня не убеждают. Необходимо политическое решение.

Дж. Буш: Я хочу заверить тебя в нашем понимании. Я именно потому еще раз спрашиваю: считаешь ли ты возможным возврат к тоталитарному режиму? Это было бы плохо для всего мира, для США. Ибо это положило бы конец нашему плодотворному сотрудничеству.

- Именно поэтому сейчас необходимы конкретные действия, - подхватил М.С.

- Тем не менее, мне приходится учитывать и общественное мнение у нас, в США. Я не могу спорить с той цифрой потребностей в продовольствии, которую ты назвал. Но мы не можем в полной мере удовлетворить эту просьбу. Сейчас мы можем принять решение лишь о выделении сельскохозяйственного кредита в размере 1,5 млрд долларов, причем часть его предоставляется сейчас же, а часть - после первого января. Мы надеемся, что это поможет вам пройти период, в ходе которого окончательно определятся отношения между центром и республиками. Полтора миллиарда - это максимум на данный момент. К вопросу о сельскохозяйственном кредите можно было бы вернуться позднее, когда прояснится степень участия республик. Но данная сумма позволяет начать процесс. Я не хотел бы, чтобы объявление о сумме, которая может показаться недостаточной, вызвало у вас трудности дома. Может быть, лучше ни о чем не объявлять, но это максимум, который мы можем выделить на данный момент. И хотя госсекретарь Бейкер иногда творит чудеса в Конгрессе, мы должны быть реалистами.

После заверений М.С. взял слово Джеймс Бейкер: в настоящий момент мы можем выделить примерно 1,5 млрд. долларов. 250 млн. - в виде дара по линии продовольственной помощи, которая предоставляется бесплатно. Остальное - кредитные гарантии. Из них 250 млн. - в данный момент и 1 млрд. - через 60 дней. Вот, что мы сможем сделать сейчас. Что касается новых проектов по продовольствию, мы будем их осуществлять, но они не дадут быстрого эффекта. Мы понимаем, что наше предложение не полностью покрывает ваши потребности. Но в данных обстоятельствах это то, что мы можем сделать.

Тебе я скажу одну вещь, которую не может сказать президент. На прошлой неделе мы получили тревожные сигналы о содержании предстоящей речи Ельцина, в том числе о том, что там будет призыв к ликвидации МИД СССР, заявление о том, что Россия будет защищать русские меньшинства, где бы они ни находились и т. п. Мы обратились к официальным лицам РСФСР и поставили вопрос так: что происходит, почему накануне мирной конференции по урегулированию арабо-израильского конфликта делается такой шаг? Это подорвало бы усилия Советского Союза. Мы выразили надежду, что этого не произойдет. Нас удивило, что в вопросе о меньшинствах не было никакого упоминания хельсинкского процесса. Очевидно, в республиках возникнет сейчас озабоченность, и тебе придется регулировать этот процесс.

- Ельцин звонил мне накануне своего выступления в парламенте России и ничего не сказал о том, что в речи будут спорные положения, - заметил Буш.

- Он говорил только о хорошем, - добавил Бейкер.

- Вы должны учитывать, - пояснил М.С., - руководители республик хотят продемонстрировать, что у них есть контакты с президентом США, хотят разыграть эту карту для удовлетворения своих амбиций. Я думаю, мы сможем выровнять ситуацию, это будет непростая задача. Но именно поэтому я так настойчиво ставлю вопрос о продовольственных кредитах и финансовой поддержке. Сейчас я в этом нуждаюсь.

- Я только просил бы тебя учитывать, что для меня ситуация сейчас иная, чем прежде. Я, конечно, буду говорить с нашим представителем в "семерке", - подвел итог Буш.

Горбачев поднял в конце вопрос об односторонней инициативе Буша и сокращению вооружений. Буш поинтересовался: получил ли Горбачев его письмо на этот счет. Да, - ответил М.С., и "считаю его очень конструктивным и полезным". Сообщил, что подготовлена встречная инициатива, одобренная Государственным советом, и передал американцам ее содержание.

Прилагаю эту бумагу:

- Сняты с боевого дежурства 503 МБР, оснащенных в общей сложности 1154 боеголовками. - Выведены из боевого состава 6 ПЛАРБ, 92 ПУ БРПЛ.

- Сняты с боевого дежурства все тяжелые бомбардировщики.

- Поставлены в места постоянного размещения все 36 ПУ МБР железнодорожного базирования.

- Прекращены программы разработки мобильной малогабаритной МБР, модифицированной ядерной ракеты малой дальности для советских ТБ, модернизации МБР для железнодорожных ракетных комплексов.

- Скорректирован график сокращения СНВ до суммарного уровня ядерных боезарядов в 5000 единиц (вместо 6000 ед. по Договору).

- Начат вывод из мест постоянного размещения ядерных боеприпасов атомной артиллерии, ядерных боеголовок тактических ракет наземного базирования, ядерных фугасов и ядерных боеголовок зенитных ракет.

- Снимается тактическое ядерное оружие с кораблей и многоцелевых подводных лодок, а также авиации ВМФ наземного базирования для размещения в местах централизованного хранения. Как и в США, вывод ТЯО с флота займет у нас примерно 8-9 месяцев.

- Установлены следующие сроки завершения ликвидации: ТЯО ВМФ - 1995 год, ядерные боеголовки зенитных ракет - 1996 год, ядерные мины - 1998 год, ядерные боеголовки тактических ракет и ядерные артснаряды - 2000год. Следует отметить, что масштабы соответствующих работ у нас превосходят американские.

- Объявлен мораторий на один год (с 5 октября с. Г.) на проведение ядерных испытаний.

- Разработан график сокращения численности ВС СССР на 700 тыс. Человек в течение 5 лет.

- Приступили к созданию специальной координационной комиссии с участием ведомств и республик (РСФСР, Украина, Казахстан и Беларусь) для наблюдения за выполнением программы односторонних мер и разработки позиции? для переговоров и консультаций.

Программа одобрена Государственным Советом.

Потом была совместная пресс-конференция. Буш старался не показать разность весовых категорий, а М.С. - не из тех, кто "позволил" бы... Держался как ни в чем не бывало... Но "реалистично"... И в общем на этот раз выступал на пресс-конференциях и в интервью удачно. Шамир!! Событие!

Ужин у Короля(+Буш и Гонсалес). До сих пор не может М.С. опомниться от впечатлений: они возмущались речью Ельцина на Съезде в Кремле... и давали понять, что без Горбачева им трудно представить себе то, что раньше называлось "Советский Союз". 30-го - встреча с Гонсалесом. Страстные и разумные речи... Вот бы нашим украинцам и "Козыревым" послушать...

Потом - на несколько часов в сопровождении наследного принца - Барселона: олимпии?ские сооружения, дом Пабло Пикассо. Оттуда - во Францию.

«Американцы испытывают соблазн расширить функции НАТО, превратить ее скорее в политический, нежели военный союз»

Поездка в Лаче (30 октября) - президентский хуторок Франсуа Миттерана в Пиренеях. Событие замечательное во многих отношениях. По прошествии недели я заглянул в свои записи и вижу, что там много смахивает на, если не завещание, то напутствие политическим потомкам . И обязан что сумею воспроизвести.

Перелет из Барселоны был кратким. С аэродрома ехали по красивейшим местам предгорьев. Кстати, мимо Биорицца, где бывал 20 лет назад, во время первого своего посещения Франции... На вечерней встрече, устроенной тогда для нас пятерых - советских местной ячейкой компартии, пришлось произносить экспромтную речь по-французски, чему удивился сам и удивил своих коллег. Очень был, помню, собой доволен. Не узнал я города издали: теперь он больше смахивает на индустриальный центр, а тогда был курортный тихий городок.

Машины свернули с шоссе в лес. Пошла узенькая дорога, сначала асфальтированная, потом (так показалось) просто грунтовая - для деревенских телег. Ветки кустов хлестали по стеклам машины. Минут через 10-15 выехали на полянку. Огородная ограда из слег, какая бывает в наших небогатых деревеньках вокруг изб. Три хатки - иначе я их назвать не могу: под соломой, приземистые, с маленькими окошечками. Сыро вокруг, сумеречно, зелено, прохладно, ходят козы и куры. Возле "хат" развесистые деревья.


Нас было всего несколько с Горбачевым: Раиса Максимовна, Андрей Грачев, я, переводчик и охрана. Остальные, сопровождавшие его на Мадридскую конференцию, улетели в Москву прямо из Испании или оставлены были по пути в Лаче в районном городке Сустоне. Миттеран вышел навстречу. Поводил по своим "владениям", с явным удовольствием рассказывая, откуда у него такой семейный хутор, основанный аж в 1793 году и купленный им у крестьянина 28 лет назад. Он предпочитает его трем другим "соответствующим" его рангу загородным резиденциям. "Иногда, - говорит, - туда выезжал (я обратил внимание на прошедшее время глагола) для приема иностранных гостей. Может, мои преемники будут более активно использовать эти официальные резиденции. Пока же их персонал не знает, чем заняться".

Раису Максимовну увела мадам. Президенты, два помощника и переводчик уединились в хате - шале, олицетворяющем кабинет. Мягкие диваны и кресла. Несколько книжных полок. Камин. Протокольные шутки. Миттеран объяснил, как он представляет себе "программу" их общения. Предупредил, что утром Горбачева с Раисой разбудят петухи. (Я потом заходил в комнатушку, которую им отвели на ночлег, - очень напоминало мне закуток в деревенских избах, где в детстве "на даче" проводил я свои летние каникулы). Пошел разговор. Дальше буду цитировать свои пометки.

- У нас сейчас самый критический этап, - говорил М.С.. - Он наступил раньше, чем рассчитывали. Были готовы программы движения к рынку, к новому Союзу, проект реформирования партии. Потому я и не покидал пост Генерального секретаря: нельзя было бросать эту силу в том ее состоянии. Но августовский путч все сломал. Разорвал механизмы власти. Путч внес сумятицу в политический процесс. Так что, с одной стороны, мы имели победу демократии, а с другой - усугубление всех противоречий. После путча усилился сепаратизм. Определенные силы воспользовались им, чтобы еще больше подорвать внутренние связи в стране.

Многое от России зависит. Удалось с помощью Государственного Совета снять некоторое напряжение, в том числе вокруг Ельцина. И это позволило выйти на подписание экономического соглашения. Сейчас проблема выхода на Союзный договор. С Ельциным договорились. Вместе готовили проект. Но у него очень сложное окружение. Ему подкидывают и то, и другое, затрудняют выбор. Преобладают те возле него, кто считает, что Россия должна все сбросить с себя - бремя бывших союзных республик. В позиции Ельцина столько условий выхода на Союзный договор. А нужен переговорный процесс, не ультиматумы. Таким путем проблем не решить. Да, Ельцин выступает за решительность в проведении реформ, и в основном это идет в русле того, что я предлагаю. Но нельзя действовать невзирая на другие республики. Это - не политика. Нельзя провоцировать отторжение. 75 миллионов живут у нас за пределами своих республик. Разделение труда такое, что все зависят друг от друга. Это касается не только экономики и экологии, тут - и наука, и культура, и человеческие отношения. В контексте мировой ситуации я вопрос ставлю так: в чем заинтересован Запад, в чем заинтересован окружающий мир? В том, чтобы Союз остался. Реформированный, демократический, динамичный, экономически здоровый, - то есть совсем новый, но - Союз.

- Что я об этом думаю, - начал отвечать Ф.М. - Вы уже осуществили решающие действия - уничтожили систему, которая давно не работала. Вековая история учит нас тому, что для Франции необходим союзник, чтобы можно было обеспечивать европейский баланс. Любой распад целостности на Востоке несет нестабильность. Вот почему мы не хотим и не будем поощрять сепаратистские амбиции. И еще. Мы большие друзья сегодняшних немцев. Но очень опасно, если на севере от Германии и на востоке от Германии было бы мягкое подбрюшье. Потому что всегда у немцев будет тенденция, соблазн проникнуть на этих направлениях.

- И не потребуется применения военной силы. Это будет экономическая империя со всеми вытекающими последствиями, - добавил М.С.

Потом был перерыв. В соседнем домике раскинули свою аппаратуру телевизионщики. М.С. и Ф.М. отправились туда давать совместное интервью. Я не пошел: там было просто негде приткнуться так, чтоб не мешать. Заглядывал иногда в окошечко - как они уютно там рядышком сидели в низких креслицах, два великих европейца конца страшного века, такие разные и такие понятные друг другу. Бродил по заросшим тропинкам, в полной темноте: два фонаря возле домиков слабо просматривались сквозь густую зелень.

Вторая беседа проходила за вечерним обедом в другом шале, которое служило спальней и гостиной. Состав уже "расширенный": Раиса Максимовна и Даниэль, ее сестра, младший сын Миттеранов, мы с Горбачевым, Пьер Морель - помощник Ф.М. Протискивались, извиняясь друг перед другом, рассаживаясь за круглым столом в комнатке метров 14 квадратных. Совсем - по-деревенски. Делать пометки в блокноте я, естественно, не мог, сидя за обедом рядом с французским президентом. Воспроизвел я разговор уже в самолете. Не все, наверное, запомнил и не во всем буду буквален. Тем не менее, за смысл ручаюсь. Речь пошла о судьбах Европы - в контексте югославского кризиса и распада в СССР. Миттеран произносил целые речи. Горячо подхватил мнение М.С. о том, что плохую услугу Европе оказали те, кто извне поддержал центробежные силы в Югославии.

- Сепаратизм существовал там всегда, - в своей размеренной и внушительной манере говорил Ф.М. - Но немцы сразу же выступили за признание независимости Словении и Хорватии. Я же еще с июня был против независимости этих республик. Моему примеру последовало и большинство других государств - членов ЕС. Не то, чтобы я отрицательно относился к самой идее независимости. Ясно, почему немцы придерживаются иной позиции. Дело в том, что Словения и Хорватия в свое время входили в состав австро-венгерской империи. Помимо немецкого влияния, они испытывали на себе воздействие римской католической церкви, Ватикана. Я как-то обсуждал югославскую тематику с Мэйджерем. Он спросил меня, что будет дальше. Я ему ответил: Хорватия, видимо, обратится за помощью к вооруженным силам Германии, Австрии, Венгрии и Турции. Сербия, в свою очередь, аналогичную просьбу адресует Великобритании, России и Франции. Наши вооруженные силы окажутся таким образом в Югославии, и возникнет ситуация, как в начале первой мировой войны в 1914 году. Мэйджер был явно удивлен. Он заявил, что никуда своих солдат отправлять не будет. Не знаю, принял ли он всерьез мое заявление... Мы не должны воссоздавать условия соперничества, как в начале века. Такой вариант означал бы большую драму для Европы. Так что сама жизнь подводит страны ЕС к созданию политического союза. От истории никуда не уйти.

... Вы, конечно, знаете, - перебросил Ф.М. мысль в другую сторону, - что американцы испытывают соблазн расширить функции НАТО, превратить ее скорее в политический, нежели военный союз. Я на этот счет придерживаюсь иной точки зрения. Мне думается, что НАТО и впредь должна сохранять верность тем основам, на которых была создана. Если бы Североатлантический альянс был наделен функциями, в принципе относящимися к ведению СБСЕ или ЕС, было бы очень плохо. Общеевропейский процесс стал во многом возможен благодаря согласованным действиям СССР и Франции.

Откликаясь на реплику М.С. о европейской роли США, Миттеран продолжал свое устное эссе: Европа - это также и Америка. Такое положение будет еще сохраняться какое-то время. Согласен, что США будут продолжать играть важную роль. Это всего навсего признание существующих реальностей. Однако в будущем Европа должна быть в самой Европе. При этом важно, чтобы преобразования в Советском Союзе способствовали политико-экономическому сближению Запада и Востока и созданию того, что вы называете общеевропейским домом.

- Многое здесь зависит от того, как Америка видит себе будущую объединенную Европу и как она видит Японию, - вступил в разговор М.С. - Это две головные боли американцев, особенно, если речь идет о Европе от Атлантики до Урала. Это ведь огромное пространство с почти 600 млн. жителями, с огромным научно-техническим, экономическим и интеллектуальным потенциалом. Именно здесь мы должны искать ответы на главные вопросы мировой политики. Здесь же и ответ на позиции разных стран в связи с переменами в Советском Союзе, в том числе - объяснение коррективам, которые наблюдаются в европейской политике ФРГ. Я имею в виду то, что выявилось в недавнем заявлении Бейкера-Геншера. Отсюда и поддержка Германией идеи новой роли НАТО, о чем вы говорите. Не исключено, что на этом пути немцы рассчитывают усилить воздействие на европейские дела, получить свободу рук в отношении Венгрии, Австрии, Чехословакии и дальше на Восток.


... Мой взгляд таков, и с ним связаны мои оценки на будущее. Есть две опоры. Это европейские сообщества, которые обзаводятся системой политических институтов. Это также союз суверенных государств на основе прежнего СССР. Есть также взаимодействие между ними в рамках, определенных документами общеевропейского процесса и соглашениями в области разоружения. В такую концепцию вписываются роль и присутствие в Европе США и Канады. Но это должна быть европейская политика, а не американская политика в отношении Европы.

- Конечно, было бы важно опираться на обе эти опоры, - поддержал идею Ф.М.

- Но одна из опор уже создана. А что касается другой опоры, то неизвестно, что с ней все-таки происходит. Если бы жители всех ваших республик (а это почти 300 млн.) были бы Горбачевыми, то вопрос был бы решен.

- Хорошо, - засмеялся М.С., - я так понимаю свою задачу: мне надо будет укреплять вторую опору.

- Но и мы того же желаем, - весело заверил его Ф.М. - Заметили вы, что в своем выступлении перед телекамерами только что я высказывался в пользу сильного, сплоченного, укрепленного федеративными узами Союза? Это было бы очень важно не только для ваших соотечественников, но также и для интересов Франции и Европы в целом. Франция никогда, ни при каких условиях не будет поощрять разрушение Союза. При Сталине такая позиция была сопряжена с определенными проблемами. Но даже и тогда во времена де Голля и Сталина, Франция и СССР были союзниками. Тем более это важно сейчас, когда ваша страна становится поистине демократической. Повторяю, я убежден, что Европа сформируется. Вся наша политика нацелена на то, чтобы содействовать как можно скорее достижению этой цели. Если это произойдет не так быстро, как хотелось бы, то возникнет ситуация, последствия которой Европа будет ощущать на себе целые века.

Потом были веселое "кофе и коньяк" в соседней комнате, где присесть места всем уже не хватило. Говорилось о чем попало. Не замолкал М.С. Миттеран, сидя в большом кресле, изредка "останавливал" беспорядочный разговор значительными репликами... со своей благожелательно- снисходительной улыбкой на усталом лице.

Ночевать мы с Андреем Грачевым уехали в Сустон, в туристскую гостиницу, где остановились остальные из команды Горбачева. Утром вернулись вдвоем же в Лаче. Был еще деловой завтрак. Тема - срочная финансовая и продовольственная помощь СССР. Участвовала молодая дама, прелестная Анна Лавержон (эксперт по этим делам, она же "шерп"), только что прилетевшая на доклад президенту из Москвы. Вот вроде все об этой, мне кажется, весьма знаменательной встрече двух президентов.

См. предыдущую публикацию: «Мы вчера просрали Ямайку». «Я обрывал телефоны у всяких ведомств, явно превышая свои полномочия, добился лишь поставки легковых машин. А от ЦРУ шли миллионные вливания оружием и продовольствием». Что было в Кремле 1ноября   в 1975, 1980 и 1984 годах

Комментарии

Только авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Авторизоваться через:
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Ещё на эту тему

«Золотое перо Правды», заполненное помоями

FLB: «Наша запутанная эпоха, наше конвульсивное общество движутся как будто бы к могиле Завтрашний день сулит разочарование, а сегодняшний гнетущ. Ну что ж... остается прошлое». Что было в Кремле 30 октября  в 1978, 1982 и 1983 годах.

«Политическое значение предстоящей конференции равно нулю»

FLB: Верные из мелкоты, вродезападного немца Шредера прямо просили проинструктировать – о чем им надо говорить. Мы нуждаемся в реальном экономическом мире, который зависит не от коммунистов. Что было в Кремле 26 октября  в 1974 и 1984 годах.

Очищенные от народа центральные улицы

FLB: «Был на Красной Площади. Как много у нас милиции! И ещё целые толпы дружинников. Машины с пропусками на стекле, перед которыми расступаются кордоны, - это тоже «порядок». Что было 1 мая 1972 года

К могиле Неизвестного солдата очередь до самых Боровицких ворот

FLB: «Многие с цветами и почти исключительно молодёжь, во всяком случае – не ветераны. Но и эта непринуждённая атмосфера испорчена «страхом властей» перед народом». Как отмечали День Победы: в 1972, 1973, 1976, 1984 и 1989 годах

Мы в соцсетях

facebook

Новости партнеров