Общество 22.07.17 21:04

Визит к командору Кортни

Как советский разведчик Михаил Любимов сорвал «антиалкогольную» компанию дирекции МХАТ на гастролях в Лондоне

Визит к командору Кортни

Газета «Совершенно секретно» публикует воспоминания бывшего советского разведчика и писателя Михаила Любимова. Вскоре его новая занимательная книга «Вариант шедевра» о работе и быте советских разведчиков будет издана в одном из московских издательств. Предлагаем вам фрагмент из книги о том, как в Лондоне встретились два одиночества: советский разведчик под дипломатическим прикрытием и актёр Борис Ливанов:

На фото: Знаменитый актёр Борис Ливанов в роли Астрова. www.kino-teatr.ru (Коллаж)

НА СЛЕДУЮЩЕЕ УТРО МЕНЯ ВЫЗВАЛ НА КОВЁР РЕЗИДЕНТ КГБ

«Довольно интересно развивались мои отношения с народным артистом СССР знаменитым Борисом Ливановым. В Англии ещё царило эхо оттепели Хрущёва, ослабление изоляции страны от западного мира имело потрясающий эффект, англичане вдруг узрели, что русские – не грубые варвары, а вполне приличные люди, русская культура становилась заразительной, в моду вошёл Чехов, и даже поставили советского драматурга Арбузова. Лондон визитировали Юрий Гагарин и Валентина Терешкова, растопившие сердца леди и джентльменов, размораживались и культурные отношения между нашими странами.

И вот в столицу Англии прибыл на гастроли Московский Художественный академический театр имени Горького (МХАТ) со «стариками»-звёздами, гордостью нашей сцены. За билетами выстроились очереди, и всё было раскуплено заранее. Незадолго до прибытия театра подруга жены (а жена была до отъезда актрисой Театра им. Гоголя) уведомила её о посылочке, которую захватил ей режиссёр МХАТа Иосиф Раевский, преподававший ей в театральном вузе (посылочки обычно брали с опаской – ведь советскими правилами эти крамольные деяния в то время были запрещены, хотя это правило всеми нарушалось).

Вырвавшись на время из-под груза своих героических шпионских забот, я на своей зеленоватой «Форд-Газели» двинулся к довольно скромной гостинице на Раселл-сквер, где остановилась труппа (жена в это время руководила самодеятельностью в клубе посольства, при ней был и наш недавно рождённый сын в коляске). Уже у сквера, рядом с гостиницей, я увидел величественную фигуру Бориса Ливанова, тогда звезды первой величины, народного артиста, которого боготворила вся страна. Я сам подражал ему, бурно играя на школьной сцене Ноздрёва, и на пике роли сломал стол и повредил себе нос. Ливанов мрачно, как подобало гению, шествовал по аллее в сопровождении Анастасии Зуевой, тоже великой и народной, к тому времени благополучно исполнявшей роли комических старух.

Стараясь держаться непринуждённо, как на сцене МХАТа, я подошёл к гулявшей паре и представился как второй секретарь посольства, что соответствовало моему официальному положению (на самом деле всего лишь «старлей», жадно ожидавший «капитана»).

– Простите, а как мне найти Иосифа Моисеевича? У меня к нему дело.

– Так они все уехали, а приедут наверняка поздно. И жена моя с ними… – как-то многозначительно молвил Ливанов.

Моя нежная душа сразу же прониклась жалостью к брошенным артистам.

– Может, вы хотите покататься? У меня машина, я вам покажу Лондон… тут много интереснейших мест.

Ливанов особой радости не проявил, однако был благосклонен.

– Если вы столь любезны…

Я бережно усадил звёздную пару в автомобиль и покатил по центру Лондона. К тому времени, ободрав машину о посольские ворота и потерпев пару серьёзных аварий, я уже освоил левостороннее движение. Оксфорд-стрит с завлекательными магазинами «Селфриджиз» и «Маркс и Спенсер» (там отоваривалась почти вся советская колония), Мраморная арка, недалеко – самое свободное место в мире, уголок спикеров в Гайд-парке, поворот на Парк-лейн, дорогущие небоскрёбные гостиницы, вдоль парка к Найтсбриджу шикарному универмагу «Харродс», мимо знаменитой композиции сэра Джейкоба Эпстайна со зловещим мефистофелеподобным Паном впереди…

Но Борис Николаевич оставался сумрачным и погружённым в себя, магазины его совершенно не интересовали (обычно советские граждане, изголодавшиеся в дефиците, бросались в них, как во дворцы счастья) да и достопримечательности вроде Бромтонской оратории или Ройал Альберт Холла не притягивали – он еле поворачивал свою породистую голову. Всё это выглядело необычно, как правило, приезжие артисты очень ценили помощь дипломатов и при закупке шмоток, и при осмотре города. Так мы и колесили меж огней Пикадилли-сёркус, по величественной Риджент-стрит – ни Ливанов, ни Зуева не проронили ни слова. Я уже собрался поворачивать к гостинице, когда он вдруг спросил:

- Миша, а у вас дома водка есть?

Сей роковой вопрос из уст прославленного интеллектуала застал меня врасплох, и от неожиданности я чуть не выпустил руль.

– Какая водка?

– Обыкновенная, – популярно объяснил он и впервые улыбнулся.

Откровенно говоря, была ли в доме водка, я не знал, дома старался воздерживаться (достаточно было приёмов и угощений во время дневных трудов), но решил соврать.

– Конечно, Борис Николаевич! Как же без водки!

– Настя, так давай поедем в гости к Мише… – предложил он нежно.

– Стоит ли, Боренька? – пробормотала Зуева, – как-то неудобно…

И я услышал в её голосе панические нотки.

Совсем недавно из полуподвальной коммунальной комнаты с выходом на помойку (тогда даже дипломаты жили скученно) нас переселили в респектабельный особняк на Почестер-террас, близ Гайд-парка, гостиная была приспособлена для частных приёмов (потому и переселили, чтобы помочь заводить связи), трёхкомнатный второй этаж мы делили с другой семьёй.

Я знал, что Катя приедет с репетиции поздно, но не отказываться же от приёма дорогих гостей? Устроив артистов в удобных креслах, я пошёл на кухню и провёл рекогносцировку. Итоги оказались неутешительными: пара бутылок джина, какие-то замшелые щи, но зато целый склад яиц. Зарплата моя намного уступала жалованью английского дворника (об американских дипломатах и говорить стыдно), мы старались разумно экономить, а тут ещё появился на свет сын (жуткие расходы, мы в Москве и не подозревали, как дорого стоят детские вещи и питание!).

Но мужество меня не покинуло, и я торжественно вынес бутылку джина, пообещав сварганить лучшую в мире яичницу. Ливанов весьма оживился, чего нельзя сказать о посмурневшей Зуевой.

Когда я вернулся с омлетом, половина бутылки уже опустела, и тут пошёл разговор по душам. Оказалось, что Борис Николаевич смертельно обижен, пережить этого позора никогда не сможет и будет жаловаться на несправедливость в Москве. Почему все артисты и дирекция уехали в гости, а его с собой не взяли? Почему? Уехали к какому-то командору Кортни – таких командоров пруд пруди! Кстати, Кортни, бывший офицер военно-морской разведки и член парламента, тогда активничал в Обществе англо-советской дружбы и обхаживал деятелей культуры. Впоследствии он рьяно выступал за сокращение советского посольства (в 1971 году не без его подстрекательств англичане, не дав никаких объяснений, выслали 105 дипломатов!). Бывал он и в Москве, где наша хитроумная контрразведка подставила ему смазливую девицу, сфотографировала и предъявила компромат. Кортни отверг вербовочное предложение, за что был жестоко покаран: живописные фото разослали его избирателям, и на очередных парламентских выборах он провалился, да и жена с ним развелась.

– Какие сволочи! – бушевал Ливанов. – Не взять меня, народного артиста! – бутылка джина быстро шла к финалу.

– Успокойся, Боренька, не волнуйся, у тебя же завтра ответственный спектакль, успокойся ради бога! – шуршала Зуева, поглаживая его по холёной руке.

– Нет, Настя, это настоящее хамство, я этого никогда не прощу! Кто это решил? Известно, кто… Тарасова, старая бл…! (Алла Тарасова была тогда не только актрисой, но и директором театра. – Авт.) Сукина дочь!

Борис Николаевич ударил мне прямо в сердце – ведь я много раз видел Тарасову в роли Анны Карениной и в фильме «Пётр Первый», я преклонялся перед ней, и вдруг… Пришлось сбегать за второй бутылкой джина.

– Подумать только, народного артиста Ливанова бросили как щенка, и он сидит у дипломата Мишки в халупе и яичницу жрёт! – гремел Борис Николаевич своим неповторимым, сочнейшим басом. – О, эта Аллка! Она ещё об этом пожалеет! Я её пристыжу перед всей труппой.

Я с болью проглотил и внезапного «Мишку», и «халупу», которой гордился, и всей душой старался угодить гостям. Зуева к джину не притронулась, зато жизнерадостно поедала яичницу. Ливанов был возбуждён, словоохотлив, но внешне трезв как стёклышко, взгляд его неожиданно упал на картину, недавно купленную мною на рынке у Ковент-Гарден.

– О, так это портрет великого актёра Кина! Какая прелесть! Миша, продайте мне его или лучше подарите…

Я ухитрился вывернуться из сложной ситуации и быстренько отвлёк внимание артиста. Предполагая, что гости не слишком долго задержатся у командора Кортни, я позвонил в отель, попросил передать, что Ливанов и Зуева пребывают у меня в гостях, и дал свой телефон.

Под конец второй бутылки раздался звонок, и властный женский голос потребовал к телефону Бориса Николаевича.

По сниженному тону его неповторимого баса я понял, что звонит любимая жена, предложившая ему немедленно взять такси. Однако он исходил обидой и категорически отказывался. Но вскоре за артистами приехали сами мхатовцы. Мы счастливо допили вторую бутылку и дружески обнялись.

На следующее утро меня вызвал на ковёр резидент КГБ, солидный мужчина с римским профилем и интеллигентными манерами. В разведку его призвали из провинциальной внутренней службы, и он любил вспоминать, как «обставлял» Александра Вертинского на гастролях («к нему бегали балерины, хо-хо!»). При воспоминании об этом подвиге его чеканный профиль озаряла счастливая улыбка – выдающийся чекист явно прожил жизнь не зря!

– Что же вы наделали, Михаил Петрович! Как вы могли?! Вы же сорвали целую операцию! Важнейшую операцию! Да за такие дела вас надо гнать поганой метлой! Как вы могли?

Я на миг почувствовал себя военным преступником и врагом народа, хотя и не понимал сути обвинений. Резидент нервно ходил по кабинету и даже выпил стакан воды.

Оказалось, что мудрой дирекцией вместе с представителем КГБ (таковые обычно вливались в театральный коллектив во время загранпоездок) было принято решение «профилактировать» Бориса Ливанова перед визитом к командору Кортни, где несомненно подадут выпивку, поскольку на следующий день он играл Астрова в «Дяде Ване». Так была разработана и претворена в жизнь хитроумная комбинация с участием Анастасии Зуевой. Какой же я раздолбай! Сорвать такую тщательно разработанную операцию! Нанести ущерб престижу великой державы, ведь он несомненно завалит роль! Нет мне никаких оправданий. Правда, я, дурак, не знал, какие чрезвычайные меры принимало руководство МХАТа с парторганизацией и КГБ, дабы спасти великого артиста, предотвратить его падение в глубокую пропасть и обеспечить триумф советского театра. Но всё равно – раздолбай!

Заметим, что в этот вечер Борис Ливанов сыграл доктора Астрова блестяще, его много раз вызывали на бис, забросали цветами, и даже обычно сдержанная английская пресса захлёбывалась от восторга. Так что за срыв спектакля меня не покарали», вспоминает бывший советский разведчик и писатель Михаил Любимов

Комментарии

Только авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Авторизоваться через:
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Ещё на эту тему

Судьба «примкнувшего» Шепилова. После отставки

Внук опального секретаря ЦК КПСС Дмитрия Шепилова написал книгу о том как сложилась судьба его деда, «примкнувшего» к заговору антипартийной группы Молотова, Маленкова, Кагановича

Переворот пытался осуществить знаменитый «король наёмников» Боб Денар

Как советские военные советники воевали в Анголе. Из воспоминаний
полковника в отставке Сергея Ремизова. В 1977 году он находился в Анголе в качестве командира десанта БДК «Красная Пресня». Неизвестные войны. Часть 3.

«Маньяк Муханкин попросил прокурора, чтобы я присутствовал при его расстреле»

Бывший "важняк" прокуратуры Ростовской области Амурхан Яндиев: «Муханкин написал 18 тетрадей откровений! И раскрыл природу серийных убийц, как они становятся такими». "Важняки". Часть 3.

Оперативная установка первой категории сложности


Как российский посол на Украине Михаил Зурабов попал под колпак СБУ. Оперативная разработка СОКР «1624» от 12.04.2014 г. Преступные тайны СБУ. 1 часть.

Мы в соцсетях

Новости партнеров