Доктор экономических наук Александр Гапоненко – фигура культовая в русскоязычной Латвии. В 1990-е годы он, владея в совершенстве латышским языком, отказался по идейным соображениям получать гражданство Латвии, став навсегда «негром» (так с горькой иронией сокращают в Латвии апартеидный статус «негражданина»).
В 2012 году Гапоненко сотоварищи разработали и провели референдум о предоставлении русскому языку статуса второго государственного. Тогда 75% избирателей, или 820 тысяч человек, проголосовали против русского языка, 25%, или 270 тысяч человек, – за новый статус языку, но надо учитывать, что в голосовании не участвовали 320 тысяч тех самых «неграждан».
В 2015 году в отношении Гапоненко было возбуждено дело по ст. 78 Уголовного кодекса Латвии «Разжигание национальной розни» за статью, в которой, по мнению прокуратуры, правозащитник «разжигал этническую рознь к американцам, латышам, эстонцам и литовцам». Правда, писал Гапоненко о факельных шествиях прибалтийских неонацистов и американских танках, по факту оккупировавших бывшие советские республики. Спустя четыре года это дело дошло до судебного финала. На днях прокурор потребовал для правозащитника 22 месяца лишения свободы, а приговор, как ожидается, будет оглашён 4 ноября 2019 года.
При этом не стоит забывать, что весной 2019 года 65-летний Гапоненко был арестован и заключён под стражу на четыре месяца, будучи обвинённым по ст. 80 «Действия, направленные на свержение государственной власти» и ст. 81 «Помощь иностранному государству в его деятельности против Латвии». Следствие по этому делу закончено, суд начнётся 11 ноября. В интервью FLB Александр Гапоненко рассказал подробности политического судилища.
«РУССКИЕ В ЕВРОСОЮЗЕ, КАК ЕВРЕИ В НАЦИСТСКОЙ ГЕРМАНИИ»
- Александр Владимирович, хочу сконцентрироваться на международной реакции на преследование вас, поскольку становится очевидным, что достучаться до латышской этнократической машины напрямую, скорее всего, бесполезно, и если действовать, то надо либо со стороны Запада, либо со стороны России. По Вашему мнению, есть в Евросоюзе силы, способные повлиять на приговор?
- И да, и нет. Начну издалека. Сегодня Запад пытается перестроится в систему многополярного мира, понимая, что конфликт может привести к ядерной войне с уничтожением человечества. Во всяком случае, намерение начать такую перестройку демонстрирует Дональд Трамп. Но эти силы, назовём их условно «трамповцами», пока не очень крепки и они не контролируют многое, в том числе европейские элиты, включая Прибалтику и Польшу. Сегодня это достаточно самостоятельные сателлиты, которые реализуют свои собственные цели и которые уже не очень слушают США в лице Трампа. Например, только на третий год власти Трампа в Латвии сменился посол США и то, он ещё толком не приступил к своим обязанностям. В таких условиях латышская элита принимает решения, исходя из того, как она понимает свои собственные интересы и международную политику. Они ещё не осознали, что Америка начинает вести другую игру, и продолжают играть по-старому, как их учили дотрамповские политики, в том числе это касается противостояния с Россией и с русской нацией в целом. В этой ситуации я оказался просто, как наиболее подходящая фигура. Репрессиями против меня латышская элита убивает двух зайцев: мобилизует своих сторонников и запугивает русское население.
- То есть на европейские СМИ особо надеяться не стоит?
- Поймите, СМИ, которые придерживаются трамповских позиций, в Европе крайне мало. Скажем, на днях про меня написал англоязычный портал Stalkerzone, однако это не самый влиятельный ресурс. Но тем не менее, после этой публикации я получил много запросов от англоязычных европейцев «подружиться» в «Фейсбуке», получил поддержку от ряда западных интеллектуалов, которые понимают, что всё, что здесь происходит – это произвол, который недопустим в рамках единого европейского сообщества. Эти интеллектуалы понимают, что русские, как национальное меньшинство в Евросоюзе, сейчас выступают словно евреи в 30-е годы в нацистской Германии. Гонимы и беззащитны.
- А как же хвалёные демократические институты ЕС?
- Лично я подал иск в Европейский суд по правам человека, и он принял его к рассмотрению, что бывает довольно нечасто. То есть в Евросоюзе, насколько я понимаю, таким образом косвенно признали, что да, мои права, как представителя русского нацменьшинства, нарушены.
Были также мои обращения к еврокомиссару по правам человека, в Совет Европы, в ООН. Незначительная реакция была. Например, мне в латышской прокуратуре дали понять, что получили письмо из европейских структур обо мне, как о правозащитнике. Я также написал иск в международный уголовный суд в Страсбурге. И получил весьма обнадёживающий ответ, что суд стал рассматривать моё дело. Это вообще-то уникальное явление на постсоветском пространстве. Но спустя год страсбургский прокурор мне ответил, что рассмотрели вашу аргументацию, дело не закрываем, но и давать ему ход не намерены, поскольку специализируются на геноциде, т.е. на массовом физическом уничтожении людей. «Просто» преследования нацменьшинств – это не наша, мол, специализация.
- Как в старом анекдоте: «Вот когда убьют, тогда и приходите»…
- Совершенно верно. По сути, предложили дождаться геноцида русских, вот тогда с удовольствием отреагируют. Я им второй раз написал, объяснил, что меня уже начали преследовать за то, что я к вам обратился. Они мне ответили в том же духе, что «господин, вы опять не по адресу», массового истребления людей ведь нет. В этом вся Европа.
Митинг в Латвии в защиту русского языка
«ЭФФЕКТА ГОЛУНОВА» НЕ БУДЕТ
- Почему же русское население Латвии столь молчаливое? Ведь, по данным статистики, только в Риге проживает более 45% русскоязычных. «Наших бьют» – это не про них?
- По существу, русскоязычное население осталось таким же советским: настроенным интернационалистически, не способным защищать свой – русский – национальный интерес. Потом его подвергали достаточно сильной обработке в СМИ. Как результат – психологическая анемия, то есть утрата жизненных сил и не способность к самосохранению. Хотя ко мне подходят на улице совершенно незнакомые русские люди, благодарят. Да, есть в Прибалтике небольшая группа единомышленников, которые сопротивляются. Но именно они и попали под каток репрессий. В Литве пострадал Альгирдас Палецкис, в Эстонии – Андрей Заренков, в Польше – Матеуш Пискорский. В Латвии, помимо меня, Владимир Линдерман и Юрий Алексеев. Это показательная порка, чтобы заставить других людей замолчать.
- Москва, надеюсь, не молчит?
- Что касается России, то российские дипломаты пугливо обходят меня стороной.
- ???
- Да, поддержки на официальном уровне со стороны России не вижу. Поддерживают меня российские журналисты, например, такие как вы.
- Подождите, а кто оплачивает адвоката?
- Частично я, частично – фонд правовой защиты в России (речь идёт о Фонде поддержки и защиты прав соотечественников, проживающих за рубежом, созданном указом президента России в 2012 году. Учредителями фонда являются МИД России и федеральное агентство Россотрудничество. - FLB).
- Ну вот, а говорите, что Россия не помогает…
- За это спасибо большое, но всё дело в том, что взаимодействие с фондом происходит благодаря давним личным связям. И потом, сейчас я говорю не о себе, а о системе в целом. Я не вижу в российском аппарате власти института, который занимался бы системно вопросами нарушения прав русскоязычных граждан в мире. Да, есть правозащитники. Например, Татьяна Москалькова (уполномоченная по правам человека в России. – FLB) мной интересовалась, с Сашей Бродом (член Совета при президенте РФ по развитию гражданского обществ. – FLB) ведём переписку. Но это всё удары по хвостам. А, скажем, в Америке есть целые исследовательские институты, которые занимаются такой проблематикой. Есть специальные международные организации, которые формируют общественное мнение и защищают тех, кого надо защищать. То, что Россия как государство не оказывает мне и подобным поддержку, на мой взгляд, ошибочно. Ведь Москва концентрируется на предотвращении военных угроз, и всем это понятно. Но есть угроза разрушения русской нации. А этим систематические никто не занимается.
- То есть «эффекта Голунова», когда за журналиста, работающего, кстати, на «Медузу», расположенную в Риге, массово заступились коллеги, не произойдёт?
- Да вы что, никакого «эффекта Голунова-2» не будет. Очевидно же, что в России это всё было организовано на высоком уровне и проплачено немалыми деньгами. В моём же случае – это частность. И потом, у меня есть своё объяснение, почему Москва не спешит защищать права русских в Европе.
- Какое?
- Дело в том, что сейчас Россия строит «Северный поток-2», и препонов этому масса. Например, сейчас нужно добиться разрешения от Дании. Любое возражение со стороны любой страны Евросоюза, в том числе и Латвии, ещё дальше отодвинет реализацию этого проекта. Будут потеряны миллиарды, и моя судьба на этом фоне не имеет большого значения.
- Поддержу вашу версию о «Северном потоке-2» следующим наблюдением по Калининграду. На мой взгляд, германская сторона фактически шантажирует Москву этой газовой веткой, проводя в российском экславе на Балтике, своей бывшей Восточной Пруссии, политику «мягкой германизации». В Калининграде уже кое-где уличные таблички вешают на немецком языке и с прежней кёнигсбергской топонимикой. А на самом посещаемом калининградском портале на днях более 60% читателей высказалась на переименования Калининграда в Кёнигсберг. И Москва упорно не замечает германизации. (См. расследование FLB «По самые ланды. Дайте адресную книгу…»).
«ПЕРСПЕКТИВЫ В ЭТОМ ДЕЛЕ МРАЧНЫЕ»
- Обвинение фактически строится на одной статье в интернете. То есть борются со словом?
- Да, несколько лет назад я дал интервью порталу Notum.info, который опубликовал беседу под заголовком «Прибалтика в огне: от факельных шествий неонацистов до разжигания большой войны». Именно этот материал, разошедшийся по соцсетям, стал анализировать исследовательский центр НАТО. Было свыше 500 перепостов, а потом эту статью перепечатали в других СМИ, и аудитория расширилась ещё больше. После такого резонанса меня и отправили в рижскую центральную тюрьму. А на суде прокурор припомнил подготовку к референдуму по русскому языку в далёком уже 2012 году, назвав меня «врагом национальной безопасности».
Но, конечно же, дело не в одной только этой статье. Надо смотреть на процесс максимально шире. В мире этнические конфликты изучают примерно 10 тысяч человек. А в России и на постсоветском пространстве этим занимаются человек 5-7. У нас нет таких кадров, как на Западе, нет и финансирования. Например, я перевёл на английский язык свою работу «Этнические конфликты в странах Балтии», опубликовав её в социальной сети для сотрудничества учёных Academia.edu, и индекс цитирования был колоссальным - 1200! Западные учёные меня там вовсю критикуют, мол, я – националист, сволочь и так далее. На они уже выпустили в свет на мою публикацию несколько десятков работ. По существу, я в одиночку веду сражение с 10 тысячами западных идеологов.
А Россия не видит этого. Нет в России людей, которые понимают это. И потом не забывайте, что исторически российские обществоведы финансировались Соросом и иже с ним в огромном количестве. А российское государство им не давало ни гроша. Поэтому они давно решили – зачем защищать «режим Путина» и «русских ватников за границей», вот Сорос нас кормил в течение последних 30 лет, конечно, мы будем поддерживать его структуры, в том числе что касается этнических и социальных конфликтов.
Типичная картина конца 90-х в России: губернатор Калининградской области Леонид Горбенко, Джордж Сорос и ректор будущего Балтийского федерального университета им. Канта Андрей Клемешев
- Какой Вы прогнозируете приговор?
- Настроение у меня оптимистичное, поскольку я по натуре оптимист, но, конечно, перспективы в этом деле мрачные. Прокурор уже пообещал вести борьбу со мной во всех вышестоящих инстанциях. Так что не закончится это дело заседанием 4 ноября.
- А Вы можете уехать из Латвии?
- На сегодня нет. С меня взята подписка о невыезде, которая действует ещё 10 месяцев и не факт, что они не придумают чего ещё. Например, как Юре Алексееву – подкинут патроны.
- У Вас были мысли, до подписки о невыезде, бросить всё к чёртовой матери и уехать в Россию?
- Понимаете, это стало бы внутренним предательством. Бросить всё здесь? Так больше никого не останется.
- Как Ваше здоровье?
- Неважное. Какое может быть здоровье в 65 лет, когда я отсидел 4 месяца в тюрьме, а теперь регулярно бегаю по судам?
- А судья берёт во внимание, что вы пожилой человек?
- Судья ведёт себя профессионально, и своего мнения и оценок не даёт весь процесс. Как она поступит, я не знаю.
Беседовал Андрей Выползов, обозреватель FLB.ru
